Волчья хватка. Волчья хватка – 2

– Пока не сирый – такой же, как ты. – Ражный отшвырнул щепу, с завистью глянув на хорошую, с березовым чернем, лопату в руках аракса.

– Вяхирь, что ли?

– Ражный.

– А, слыхал-слыхал, – вроде бы воспрял тот. – И отца твоего знал, Сергея Ерофеича…

– Я тоже слышал о твоем поединке."

"– Да это все блажь, примитивный знак протеста, – как-то невыразительно, сквозь сжатые губы вымолвил Калюжный. – Надоело смотреть на этот беспредел… А ты недолго погулял после Скифа!

– При чем здесь Скиф?

– Ты не понял? Из-за него тебя в Сирое затолкали.

– Да он вроде бы с победой ушел с ристалища…

– Но кулачный зачин ты выиграл. Старик десять лет учился бальным танцам, а ты переплясал. Это для него смерть. Уступить надо было старости. Разве Сергей Ерофеич не учил?

– Не учил…

– Значит, копай себе нору в Вещерских лесах. Могу лопату дать.

Разогревшись на ходу, Ражный сейчас ощутил озноб и, усевшись поплотнее, сжался в комок. Калюжный выглядел слишком благополучным (уже и берлога была!), чтоб пользоваться его благосклонностью.

– Я вотчинник… Не пристало мне в земле жить.

– В шалаше и недели не выдюжить. А от земли тепло идет.

– Избушку бы срубить… Ты где лопату достал?

– У одной вдовы позаимствовал.

– Мне калик сказал, тут покровителей нет. Мы же для них, как зеки, каторожники…

– Каторжников на Руси любили…

– Это на Руси. Здесь нас презирают.

Калюжный засмеялся:

– Это верно! Тоже не ожидал такого приема!.. Но я же казак. Если мне не дают – беру сам.

– Ладно, пойду я… – Ражный встал.

Чувствовалось, что дерзкому араксу, вне правил вызвавшему боярина на поединок, было тоскливо одному.

– Оставайся, переночуешь, – с надеждой предложил он. – Я вон камелек в берлоге сложил, по-черному можно топить…

– Нет, нельзя мне оставаться, брат, – с сожалением проговорил Ражный, заглядывая в берлогу. – Нам сейчас лучше поодиночке, каждому в своей норе…

– Почему?

Ражного подмывало рассказать, что еще будет время, когда бренка разведет араксов по двое, чтоб вырывали друг у друга «я» вместе с корнем, но это была чужая тайна, доверенная лично ему…

– Мы вдвоем с тобой до такого договоримся, – усмехнулся он, – что наутро сбежим из этого леса к чертовой матери.

– Да что замыслил? – Калюжный вонзил лопату и сел на порог своего жилища. – Убирают конкурентов! Всех строптивых в Сирое – глядишь, половина в мир уйдет.