Донна тихо отступила от приоткрытой двери в гостиную, из которой до сих пор слышался смех.
Повернувшись, она грозно посмотрела на покрасневших и улыбающихся служанок.
Все они, включая ее, волновались о госпоже, поэтому решили осторожно проконтролировать. Кто же знал, что все выйдет вот так?
– Ой, как это… – пискнула одна из служанок, прижимая ладони к горящим щекам.
– Романтично, – закончила за нее вторая, глупо улыбаясь и вздыхая.
– Чего бездельничаем? – сурово зашипела Донна, сняла с плеча полотенце и замахнулась.
– А ну, кыш отсюда. К свадьбе кто готовиться будет? Дел полно, а они тут вздыхают. Бездельницы!
Девушки прыснули и умчались, увлекая за собой и Донну.
Приоткрытая дверь захлопнулась от сквозняка, оставляя молодых наедине друг с другом. Вот только было уже поздно – через пару минут все в поместье будут знать, что их госпожа выходит замуж!
Пора было готовиться к свадьбе.
Эпилог
Пятнадцать лет спустя
– Кролики! Мясные, пушистые кролики! Подходите, покупайте!
– Ткани! Первоклассные ткани! Окрашенные, неокрашенные!
Марина шла вперед, осматривая прилавки торговцев и не обращая внимания на их зазывные крики.
Все они жадно провожали ее взглядом, даже не думая расстраиваться, что в этот раз она ничего у них не купила.
Даже просто увидеть госпожу уже хорошо! В народе говорят, что к удаче!
– Мам, ну сколько можно ходить? – заканючил идущий рядом с ней мальчик лет тринадцати. – Отец говорит, что тебе нельзя…
– Он много говорит, – фыркнула Марина, погладив рукой небольшой живот.
Она знала, что на этот раз у нее родится девочка. Можно было считать это женской интуицией. – Со мной все в порядке.
Ей надоело сидеть в поместье, поэтому, едва услышав, что в городе устраивается ярмарка, она сразу решила, что поедет посмотреть.
Город теперь принадлежал ей. Как только Дамиан все оформил по закону, Марина приложила все силы, чтобы улучшить жизнь людей. Сперва получалось плохо, но сейчас, столько лет спустя, это место значительно отличалось от той дыры, в которой она когда-то давно пыталась отыскать стекло и мастеров.
Поначалу Дамиан предлагал ей перебраться в столицу, но она отказалась. Что ей было там делать? Танцевать на балах, проедая налоги, собираемые с граждан?
Нет, Марине от одной мысли об этом становилось плохо.
Дамиан понял ее тогда и принял, не пытался настоять. Ему и самому не хотелось возвращаться в замок отца, который еще долго пытался вернуть сына на верный путь.
