Волевой порог

Когану что-то так захотелось сбросить сапоги и пройтись по песку по берегу теплого моря. И чтобы горячий песок между пальцами, и чтобы, разогревшись на нем, прыгнуть в прохладную воду и плыть, плыть под водой, пока грудь не станет разрываться, а потом вынырнуть и лечь на спину и покачиваться на мягких ласковых волнах. И чтобы на берегу ждала женщина в ярком купальнике и под зонтиком. И чтобы вечером тебя ждал ужин в ресторане с хорошим вином, и музыка, и танцы. Оперативник потряс головой, отгоняя наваждение…

— Вот что, приятель, — Коган сел рядом с пленным и тоже оперся спиной о скалу, — ты на меня не ори.

Орать тебе надо на себя самого. И как опытный человек, как опытный следователь особого отдела НКВД, я понимаю, что ты орал как раз на себя самого. Отчаяние, оно такое, скверное это дело. Ну так вот. Вышки тебе избежать можно, а это главное. Срок неважен. И там люди живут.

— Всех сдать и жить спокойно? — равнодушно спросил пленный.

— Именно. И не надо столько трагизма. Они тебе что, близкие родственники? Тебе свою шкуру спасать надо.

Твое дело, которым ты занимался и на фашистов пахал, предполагает, что ты только за свою шкуру и сражаешься, за нее и борешься. И всем на нее плевать. Ты же для них расходный материл. Так вот, говорю понятным для тебя языком: «колешься», идешь на «чистосердечное», сотрудничаешь со следствием и получаешь минималку по этой статье — «десятерик», как осознавший. Но, предупреждаю, что «десятерик» нужно еще заслужить, из кожи вылезти для следствия, головой поработать! А не просто ответить на все вопросы, которые тебе буду задавать. Чистосердечное, горячее желание. Такое зачтется. Обещаю.

Пока сержант-радист распаковывал рацию и настраивался на нужную волну, пока забрасывал на верхушку скалы тросик антенны, Коган и Ковалев обсудили ситуацию.

— Что получается, если этот тип не врет, — говорил Ковалев, — десять килограммов взрывчатки вчера забрали, и группа из четырех человек ушла в горы к урочищу Герхожан. Эти двое должны были сегодня забрать еще десять килограммов и выйти туда же.

— Я уж думал, что их тоже четверо, — задумчиво отозвался Коган. — Но наш пленник четко и в деталях рассказал про ночную стычку и ранение рабочего финкой. Значит, будем считать, что других пока здесь нет.

— А взрывчатку они получали здесь. Кто-то привозил вместе с материалами, здесь прятали, а по мере необходимости переносили наверх в штольню. Оттуда уже без проблем поднимали в горы.