Волевой порог

И сколько таких партий уже там? Слушайте, у них кто-то на стройплощадке есть свой. Или свои. Вы хорошо знаете этого инженера Джансура?

— Джансур — проверенный человек, — уверенно сказал Коган и пересел поближе к радисту.

До очередного дежурного сеанса связи было три минуты. Сейчас там, наверху, группа из четырех человек под командованием старшего лейтенанта Игнатьева засела и замаскировала свой лагерь. Бойцы вели круглосуточное наблюдение и каждые два часа выходили в эфир. Это было необходимо, чтобы вовремя получить новую информацию снизу из долины, да и если что-то в горах удастся найти, то тоже следует вовремя передать Когану.

Правда, на случай боя предусмотрен был сигнал из двух красных ракет. А если нужна помощь, то из двух красных и двух зеленых.

Наконец радист связался с командиром и передал наушники и микрофон майору.

— Как дела, Игнатьев? Что нового?

— Пока тишина, товарищ майор, — отозвался голос старшего лейтенанта сквозь легкое потрескивание эфира. — Наблюдаем, диверсанты не появлялись. Может, проверить важные места на предмет закладок взрывчатки?

— Нет, ни в коем случае! — отрезал Коган.

 — Спугнете. Они вот-вот могут появиться в вашем районе. Вчера снизу забрали десять килограммов тротила, и четверо диверсантов ушли в горы. Мы не знаем, какой они выбрали путь. Задача максимум вам взять хоть одного живым. Не забывайте об этом.

— Постараемся, товарищ майор, — отозвался голос Игнатьева, но Коган тут же грозно его перебил:

— Я тебе дам «постараемся»! Это приказ — взять живым хотя бы одного диверсанта.

Ты соображаешь, что у них на стройплощадке есть свой человек! Если его не сдаст кто-то свой, мы его будем месяц искать среди всех. А они нас опередят со взрывом.

— Понял, товарищ майор, — поспешно ответил альпинист. — Приказ: взять живым хотя бы одного диверсанта.

Старший лейтенант Игнатьев снял наушники и поправил на лице темные очки. Снег искрился недалеко, чуть выше их позиции, и слепил глаза. Слева вдалеке белел ледник, а по другую сторону солидно возвышался четырехтысячник — гора Калартыбаш.

Долина реки Баксан, зажатая горными кряжами, вилась и зеленела внизу, уходя дальше в Приэльбрусье. Посмотрев на наручные часы, Игнатьев позвал:

— Лютый! Займи пост наблюдения, я хоть перекушу.

— Есть занять пост, — отозвался сержант. И, опустившись рядом с командиром, добавил: — Там как раз ребята чай согрели на спиртовке.

Палатка была хорошо замаскирована под отвесной скалой натянутой над ней маскировочной сеткой, имитирующей каменное крошево.