Было так, словно самые темные ее желания стали явью: Эдвард стоял перед ней полураздетый растрепанный, опираясь руками о стену по обе стороны ее плеч, с головой, запрокинутой в экстазе, и бедра его совершали ритмичные движения, заставляя член скользить в кольце ее пальцев."
"Но Франческе было этого мало. Одной рукой схватила его за шею и наклонила голову, прижимая его губы к своим губам. На этот раз она и не думала деликатничать. Как, впрочем, и он. Он жадно впился в ее губы, проник в ее рот языком, и вкус его поцелуя опьянил ее еще сильнее.
Этот вкус подчинял ее себе, словно наркотик. Его плоть была горячей и тугой в тисках ее пальцев, она продолжала пульсировать, упираясь в ладонь Франчески. Она провела подушечкой большого пальца по головке и дальше вниз, ощущая бархатистую гладкость. Эдвард издал низкий горловой звук. Потянув ее за колено, он закинул ее ногу себе за бедро. Тяжелый малиновый шелк ее юбки зашуршал, когда он приподнял ее так, что ноги утратили опору. Но Франческа, продолжая спиной упираться в стену и находясь в этом положении, высвободила ногу из панталон и обхватила ею Эдварда за талию.
При этом ей пришлось на мгновение отпустить его член, чем и воспользовался Эдвард, чтобы перехватить ее поудобнее. В следующее мгновение он уже был в ней.
У Франчески закружилась голова, и ей пришлось крепко схватить его за плечи, чтобы не упасть. Тело ее было готово его принять, но все равно у нее было ощущение, словно в нее вторглись, захватили силой. И она признала свою полную капитуляцию.
Эдвард замер в ней, ухватился за нее крепче и начал двигаться. Вскоре Франческа уже дрожала всем телом и едва не всхлипывала. Его дыхание тоже стало жестче, и когда она провела ладонью по его лицу, оно оказалось влажным от испарины. Он снова сменил положение и продолжил раз за разом вторгаться в нее с такой силой, что акварель на стене ходила ходуном. Франческа выгнула спину и запрокинула голову. Эдвард прижался лбом к ее шее. Еще несколько мгновений она чувствовала его жаркое дыхание возле горла.
Он замер в преддверии агонии разрядки.
Франческа запрокинула дрожащие руки ему на шею — это все, что она могла сделать, чтобы не упасть. Ей потребовалось приложить немало усилий к тому, чтобы повернуть голову и прижать губы к его щеке. Грудь его вздымалась так же тяжело, как и ее грудь, но он по-прежнему поддерживал Франческу, не давая ей упасть.
Франческа прижалась виском к его виску. Она взъерошила его короткие темные волосы.
