Ворон. Осколки нас

Эти бесконечные тусы устраивал, лишь бы тебя позлить… Специально тискал девок перед твоими окнами… Ждал хоть какой-то реакции! А ты ходила с гордо задранным носом… — поднял голову, откровенно заглядывая мне в глаза.

— Ну, а в тот день, когда ты застукала меня сразу после боя, я окончательно поехал башкой. Разозлился, что увидела слабым и разукрашенным. У тебя в глазах читалась такая жалость… А еще я понял, как тяжело держаться в стороне… Решил запугать, чтобы сама обходила меня за километр. Но мы, так или иначе, все равно оказывались в одной постели… — хмыкнул.

 — Кстати, это я тогда вырубил свет, чтобы был повод остаться у тебя с ночевкой… — вытянув руку, Кирилл стер слезинку с моей щеки.

— Так и знала…

— Я подошел к главному, Алина, — глаза в глаза. — Ты согласишься рожать мне детей по доброй воле или придется применять силу? — хулигански улыбнулся, играя с моим безымянным пальчиком.

С минуту я молчала, разглядывая нереальной красоты кольцо.

Вдруг накатила такая щемящая давно забытая эйфория.

Он. Я. Деревянный дом. Вокруг ни живой души. И только наши потрепанные одинокие души.

— Хочу, чтобы наш сын был похож на тебя… — закусила нижнюю губу, сверля его пристальным взглядом.

— Стало быть, согласна? — одними губами.

Еле уловимо кивнула.

— Лебедева, я же сейчас ебн*сь от счастья! Ты это понимаешь, Сокровище? Ты родишь мне детей и сошьешь им игрушки. Не будем нарушать традиций? Как тебе такой сценарий?

Уже ничего не понимала, полными слез глазами наблюдая за тем, как Кирилл Воронов одевает мне кольцо на безымянный палец.

Хотелось запечатлеть в памяти каждую секунду этого удивительного момента…

Совершенно неожиданно жених стянул многострадальную футболку через голову, и, усаживаясь на кровать, повернулся ко мне спиной.

— Нательную живопись заценишь?

— Кирилл…

Вот вообще не интересно — нашел же момент…

— А может хоть одним глазком? Вдруг обнаружишь там что-нибудь любопытное?"

"Нехотя я все-таки сосредоточила взгляд на его бугрящейся лентами упругих мышц загорелой спине.

Кое-что из его татуировок я смутно помнила… Вот причудливая цифровая схема, вот какая-то мудреная надпись, очевидно, на латыни… Еще одна… А вот…

Я оторопела.

Широко распахнула глаза.

Перестала дышать.

Даже потрогала, чтобы убедиться — она настоящая…

Не просто какая-то маленькая татуировка…

Это была целая зарисовка!

Мрачная и одновременно прекрасная.

Черный лебедь, гордо расправивший крылья в озере осколков…

Стоп-кран все-таки сорвало.