Втроём мы подошли к лебедке, закрепленной на опоре у колеса — простому, но эффективному механизму, позволявшему приподнимать колесо над водой. Натужно скрипнув, деревянные балки пришли в движение, и колесо медленно поднялось, прекращая своё вращение.
— Ну, теперь за работу, — я засучил рукава.
Семён сразу же включился в процесс, хотя явно не понимал, что мы затеяли.
— А зачем мы старые крепления снимаем? — спросил он, помогая Петру отсоединять крепления с каретки.
Петр выпрямился и с важным видом, как профессор перед студентами, начал объяснять:
— Понимаешь, Семён, когда мы ставим пилы на одинаковом расстоянии друг от друга, мы получаем доски одинаковой толщины.
— Ну, это я и так знаю, — буркнул Семён. — Не дурак.
— Так вот, — продолжал Петр, совершенно не смутившись, — если мы уменьшим расстояние между пилами, то получим доски тоньше. А если доски тоньше…
— То их из одного бревна выйдет больше! — догадался Семён, и его глаза загорелись пониманием. — Вот ты куда клонишь!
— Именно! — подтвердил я, затягивая новое крепление.
— С каждого бревна не четыре доски, а семь."
"— Ого! — Семён присвистнул. — Почти вдвое больше! А выдержат ли тонкие доски? Не поломаются?
— Вот сейчас и проверим, — я подмигнул ему. — Для крыши и внутренней отделки такие доски в самый раз. Даже лучше — легче будут.
Работа кипела. Мы снимали старые пилы, устанавливали новые крепления, регулировали расстояние между лезвиями. Петр то и дело сверялся с чертежами, которые мы набросали вчера.
— А этот брусок куда? — Семён вертел в руках деревянную деталь.
— Это распорка, — терпеливо объяснял Петр. — Она держит пилы на одинаковом расстоянии. Видишь, на ней зарубки? По ним выставляем.
— А-а-а, — протянул Семён, разглядывая зарубки. — Умно придумано. Это Егор Андреевич надоумил?
— Моя идея, его исполнение, — я кивнул в сторону Петра. — Вместе думали.
Петр приосанился, довольный похвалой.
— А если ещё больше пил поставить? — вдруг спросил Семён. — Ещё тоньше доски будут?
Я покачал головой:
— Всему есть предел.
Слишком тонкие доски просто расколются при пилении. Да и пилам нужно пространство для работы — опилки должны куда-то деваться.
За разговорами час пролетел незаметно. Наконец, брусок был закреплен, последняя пила установлена.
— Ну что, запускаем? — я оглядел нашу работу.
— Давайте! — Петр потёр руки в предвкушении.
Мы опустили колесо обратно в воду. Постепенно набирая обороты, оно начало вращаться, передавая движение всей системе.
