Мой Фома то, отец твой, дай ему Бог здоровья, и кашу-то не всегда сварить может без пригара.
Я невольно усмехнулся, услышав такое сравнение. Кашлянул, обозначая своё присутствие. Обе женщины вздрогнули и обернулись, смущенно опустив глаза, словно дети, пойманные за кражей яблок.
— Барин! — выдохнула Пелагея, прижимая руку к груди. — А мы… мы тут… мясо принесла… — она начала пятиться к калитке. — Пойду я, пожалуй. У меня там… хлеб в печи…
— Какой хлеб? — не выдержала Машка. — Ты ж утром только опару ставила!
Пелагея покраснела до корней волос и, не находя что ответить, махнула рукой:
— Ну, значит, завтрашний! — и, подхватив подол, почти бегом устремилась к выходу, едва не запнувшись.
Мы с Машкой проводили её взглядом и расхохотались. Когда Пелагея скрылась за воротами, Машка подошла ко мне, вытирая выступившие от смеха слёзы.
— Егорушка, а что с мясом-то делать? Прямо всю деревню взбудоражил своими планами."
"— А то, что буду делать — не женское это дело, — усмехнулся я, загадочно подмигнув. — Ты лучше соль неси, нож да перец.
Да казан побольше — такой, чтоб всё это мясо влезло. Да лук не забудь.
— Свежий? — уточнила Машка, уже разворачиваясь к дому.
— Нет, репчатый, — покачал я головой.
Пока Машка собирала припасы, я осмотрел принесенную свиную шею. Мясо было свежее, с прослойками жира — идеально для того, что я задумал. Разложив шею на чистой доске, начал аккуратно нарезать её на ровные кусочки размером с ладонь.
Работа спорилась, но для полного счастья не хватало одного ингредиента.
Отложив нож, я обернулся к Машке, которая уже вернулась с солью и специями:
— Слушай, сходи-ка к жене Ильи, узнай, нет ли у неё обрата, если творог делала. А может, молоко простоквашей было? Нам для маринада надо.
Машка удивленно приподняла бровь, но спорить не стала — привыкла уже к моим кулинарным экспериментам. Накинув платок, она отправилась к соседям, а я продолжил работу над мясом.
Через полчаса она вернулась с глиняным горшком, от которого исходил кисловатый запах.
— Вот, простоквашу дала.
Говорит, только утром скисла, самая свежая.
— Отлично! — я потер руки. — Это то, что нужно.
Дорезав мясо, я приготовил маринад: простокваша, соль, перец, лук кольцами. Всё это тщательно перемешал и залил куски свинины, накрыв казан чистой тряпицей.
— Теперь пусть постоит до вечера, — объяснил я Машке, которая с любопытством наблюдала за процессом.
К вечеру всю свинью разделали. Часть мяса посолили, уложив в деревянные кадки, часть просто опустили в ледник.
