Гроза что ли собирается? Пусть хоть намочит этих гадов с пугающими татуировками на рожах.
Откуда-то сверху, в развевающихся одеждах, медленно опускался Драгомир. Это было прекрасно и страшно одновременно. Лера замерла, не в силах оторвать глаз от зрелища. Его каменное от злости лицо с бешенными глазами на секунду заставило ее испугаться еще больше. Ярость волхва фонила так, что хотелось забиться в самый дальний угол и прикинуться мышью под веником. Но потом нахлынула радость — огромная и небывалая. Даже удивление от того, что Драгомир висит в воздухе, отступило на второй план.
Главное — он тут! И не даст в обиду.
Волхв опустился на стену и махнул рукой, словно стряхивая что-то с пальцев. Оцепенение мгновенно схлынуло, Лера смогла пошевелиться. Еще один взмах музыкальных пальцев — и Бежана, которая начала отступать к уцелевшим домам, сползает по стене, выпучив от ужаса глаза.
— Огненная луна наша, — проскрипел один из двоих, что взобрались на стену. Оба смотрели на девушку с жадностью, вот-вот бросятся, как дикие звери.
— Да ну? — насмешливо спросил Драгомир. Быстро осмотрел ее с ног до головы, — ты не пострадала?
— Нет, — девушка птицей бросилась в его объятья, уткнулась в пахнущий лесом и дымом камзол. Обняв ее одной рукой, он повернулся шаманам.
— Может лучше про пожар поговорим, шаман? Куда ты выбросила то, что нашла? — чуть повернул голову к девушке.
— Туда, за стену.
Словно нехотя, Драгомир вытянул руку в сторону и через несколько секунд с новым порывом ветра в воздухе появился гребень, который волхв брезгливо взял двумя пальцами.
— Не ваше ли, неуважаемые?
— Ты ничего не докажешь, — прошелестел второй, — мы сейчас пойдем к князю, и он отдаст ее нам. Иначе будет война. Вы умоетесь кровью, а мы все равно получим, что хотим.
«Тринадцать. Их тринадцать. Полный шаманский круг. Это плохо. Очень». По одиночке он справится с любым. Даже с половиной. Со всем кругом можно потягаться только в своем лесу. И то, когда восстановятся силы. Сейчас резерв значительно исчерпан, пока сначала спасал город, а потом искал одну глупую девчонку.
У него едва сердце не остановилось, когда он обернулся и не увидел ее рядом. Хотелось взвыть от ярости. А уж когда заметил маленькую фигурку на крепостной стене, когда над ней нависла огненная волна, грозившаяся вот-вот поглотить… Страх, панический, разрывающий внутренности страх потерять огневку поднял его в воздух, не задумываясь над расходом силы. И без того хорошо вычерпанной. Все существо яростно устремилось к ней.
