Противостояние — это всегда не только напрасные жертвы, но и серьезный удар по воровской идее. Свою задачу Варяг видел не в том, чтобы укрощать непослушных, а в укреплении воровских традиций. И он в этом преуспел настолько, что даже «отмороженные» уважительно понижали голос, разговаривая с именитым законником.
У Варяга хватило бы авторитета превратить быков Ореха в жалких дворняжек. При особом старании он мог даже Мишку затолкать под нары, подведя его под крупный косяк, как это делали иные блатные, расправляясь со строптивыми зэками.
Но он обязан был выбирать такой путь, чтобы впоследствии ни один блатной не смог упрекнуть его в недозволенных действиях.
Поразмыслив, Варяг решил вызвать Ореха на откровенный разговор. А почему бы в принципе не поболтать двум ворам, глядишь, до чего-нибудь и докумекались бы…
Орех предложил встретиться в бане — тихом, уютном домике. Выложена банька была из огромных сосновых бревен, которые с успехом подошли бы для постройки океанского корабля. Оставалось только гадать, каким это образом они попали в тундру, где, кроме карликовой березы, росли еще лишайники.
Баня была главной гордостью Ореха, она свидетельствовала о том, что смотрящий может не только гонять по локалке петухов, но и заботиться о братве. Слава об этой бане разошлась так далеко, что париться сюда приезжало даже областное тюремное начальство. Орех любил баню и проводил на ее жарких полках немало часов, твердо уверовав в то, что вместе с потом из его пор выходят и давние грехи.
Возможно, поэтому, вопреки воровской традиции, он не носил на шее креста, ни разу не исповедался, а в своей каморке вместо икон развесил на стенах картинки с голыми бабами.
Подпаханники Ореха и Варяга мирно толковали у порога бани, пока законные, закрывшись в парилке, помахивали над распаренными телами пахучими дубовыми вениками."
"Жар был отменно крепок. Варяг не раз задавался вопросом: почему на зоне так любят горячий парок. Владислав чувствовал себя так, как если бы он забрался в топку паровоза.
Он не был большим любителем бани, но сейчас решил не отставать от Ореха и залез под самый потолок, где воздух был настолько раскален, что невозможно было дышать. Орех, привыкший к пару этой бани, с усмешкой поглядывал на Варяга, дожидаясь, когда тот спустится пониже, но Владислав знал, что скорее сварится на горячих полках вкрутую, чем даст повод Мишке позлословить. Кроме того, он считал, что большие поражения всегда начинаются с маленьких потерь.
