И место для трагедии выбрано очень удачно — тесная локалка, перегороженная поперек высоченными баррикадами.
— Спроси, чего они хотят? — повернулся Беспалый к Кузькину.
Вдруг от барака отделилась сутулуя фигура и направилась в сторону группы офицеров.
— Начальник, у меня к тебе ксива есть, — хрипло прокричал заключенный.
Беспалый посмотрел на говорившего, это был запомоенный зэк с погонялом Курица. Тонкость игры блатных заключалась в том, что на встречу к хозяину спешил не уважаемый пахан, наделенный полномочиями, а забитый и опустившийся зэк, о которого невозможно было вытереть даже ноги, чтобы не поморщиться при этом от брезгливости.
Подобной выходкой воры хотели показать отношение к своему барину и еще раз напомнить о том, как они его презирают. Хозяин обязан был ознакомиться с требованиями блатных, иначе они просто «разморозят» зону. Тонкость их хода заключалась в том, что как только подполковник Беспалый возьмет из рук запомоенного маляву, так тут же зашкварится сам. А следовательно, по мнению заключенных, автоматически попадет в касту отверженных.
Курица приближался с самодовольной улыбкой.
— Гражданин начальник, ты бы записочку-то взял, — помахал листком бумаги опущенный.
— Стоять! — закричал Беспалый. И когда Курица застыл, сурово распорядился: — Кругом, марш! Если не хочешь гнить в карцере!
— Начальник, а как же малява? — слабо запротестовал запомоенный.
— Бегом! — сорвался подполковник на крик и, когда Курица побежал к бараку, повернулся к Кузькину: — Хватит играть в эти игры.
Дашь им час на размышление. Если откажутся… Вызовем спецназ. Пускай поучат их уму-разуму!
— Есть, товарищ подполковник!
Подбежал взволнованный дежурный:
— Товарищ подполковник…
— Ну что там еще стряслось?
— У нас побег!
— Вот как, кто же бежал? — постарался выглядеть удивленным Александр Тимофеевич.
— Точнее, не совсем убежал… Тут звонила со склада Нина Волкова, труп нашли в кузове грузовика. Застрелили прямо в лоб.
— Опознали, кто это был? — деловито спросил подполковник Беспалый.
— Да. Это заключенный Клещ.
— Клещ? — не сумел сдержать удивления Беспалый.
— Так точно, Клещ… Только непонятно, почему он пошел в бега. Как будто всегда на хорошем счету был.
— С ним больше никого не было?
Дежурный пожал плечами:
— Волкова больше ни о ком не говорила.
— Та-ак, ясно, — протянул подполковник. — Вот что, дать бунтовщикам пятнадцать минут на размышление. Ни секундой больше! А потом взломать барак! Не исключено, что вместе с Клещом бежал кто-то еще.
