Если придется с таким мужиком в одной упряжке работать, то почему бы и не согласиться?
— Согласен!
— Ну вот и сладили. Молодец. Но хочу тебя предупредить, чтобы наш уговор остался между нами.
— Я не против, — понимающе кивнул бывший смертник.
— У меня в кармане мандат, который дает мне широчайшие полномочия, — продолжал Веселовский. — Если мы с тобой сработаемся, то ты не только уцелеешь, но и сможешь скоро выйти на волю. Тебе все понятно?
— Да.
— Так вот, сегодня у тебя начинается новая жизнь, парень. А к ней положена и новая фамилия.
Какая у тебя была прежняя?
— Никакой. Я ведь из беспризорников, а у нас клички. Моя — Удача.
— Вот как. А пальцы ты где свои потерял? — показал Веселовский взглядом на забинтованную кисть.
— Долго рассказывать. Наказали…
— Понимаю. Ну, тогда отныне твоя фамилия будет Беспалый. Устраивает?
Тимофей невольно усмехнулся:
— Сгодится. Может, со временем привыкну.
— Сегодня ты еще будешь здесь, а завтра тебя отправят по этапу. Готовься. — И Веселовский стукнул кулаком в дверь.
— Эй, Марусев, отворяй! Или ты меня навсегда решил здесь запереть? Для меня даже полчаса заточения — это уже слишком!
Дверь отворилась, и Тимофей вновь увидел взволнованное лицо начальника тюрьмы.
— Герман Юрьевич, и рассказать невозможно, что я пережил за эти минуты! А если бы он, изверг, надумал порешить вас?!
— Нормальный парень, не знаю, почему вы вдруг не поладили…
— Так ведь приказ!
— Завтра заключенный поступает в мое распоряжение, — не обращая внимания на слова начальника тюрьмы, бросил Веселовский и, не оборачиваясь, вышел из камеры.
Веселовский не обманул — уже на следующий день Тимофей Егорович Беспалый вместе с четырьмя десятками заключенных и новеньким паспортом, вложенным в папку с его делом, отбыл в товарном вагоне в северные края.
Глава 6 ВОРОВСКАЯ ЛЮБОВЬ
Заки Зайдулла захмелел.
Спирт у начальника был жгуч и располагал к обстоятельному разговору. Как бы там ни было, но повидать Тимофея после долгой разлуки ему было интересно. Незримая нить связывала их всю жизнь.
— Ты так и не женился, Зайдулла? Ты же мусульманин, и Коран тебе разрешает иметь не одну, а четыре жены! — хохотнул Беспалый. — Я бы на твоем месте не терялся! Или ты все еще верен той своей зазнобе с Сивцева Вражка?
— Дело в том, что ты никогда не будешь на моем месте, — веско оборвал его Заки. — Или ты забыл, как нас разделила колючая проволока?
* * *Заки не обошла любовь, и память о ней он сумел сберечь до самой старости.
