Он всегда ценил трудные победы, а резать сонных было противно его натуре, так же как глумление над мертвецами. Тиша почувствовал облегчение, когда увидел, что у входа в барак маячат неясные тени, и услышал негромкий разговор. Беспалый понял, что мужики все же выставили охрану.
Повернувшись к блатным, он шепотом жестко скомандовал:"
"— В общем, так, братва. Видите, у дверей барака стоят двое?.. Мужички не так просты, как нам казалось. Охрану выставили, гляди-ка!.. Ты и ты! — Беспалый ткнул пальцем в стоявших рядом с ним двух зэков.
— Снимите их по-тихому. Надеюсь, мне не надо учить вас, как это делается? — Брови Беспалого сурово сошлись.
— Обижаешь, Тимоша! Даже если бы я этого не умел делать, так у меня злости хватило бы на то, чтобы каждому из них зубами глотку перегрызть, — мрачно отозвался один из зэков — коренастый крепыш с длиннющими руками.
— Ну тогда идите, наше дело божье. — Теперь Беспалый напоминал отца-командира, благословляющего своих бойцов на подвиг.
Парни сделали вперед два небольших шага, и темнота плотно укрыла их худощавые фигуры, превратив в бестелесные силуэты.
Через минуту они подкрались к бараку и затаились за углом. Прижавшись к стене, блатные терпеливо дожидались подходящего момента, а потом одновременно метнулись на спины беспечно болтающих сторожей. Луна вышла из-за туч всего лишь на мгновение, как будто только для того, чтобы посмотреть на кровавую сцену.
Бледно-желтый свет упал на заточку и тотчас погас, когда острие вошло в черный зэковский бушлат.
— Режь сук! — заорал Беспалый, поднимаясь.
Дверь под ударом ног слетела с петель и, грохнувшись об пол, разбудила барак. Три десятка зэков во главе с Тимохой, с перекошенными от возбуждения лицами, сжимая в руках заточки и ножи, ринулись в тускло освещенное керосиновыми лампами помещение, к нарам в два яруса, на которых лежали не успевшие проснуться мужики.
— Вали их! — завопил Беспалый и не услышал собственного голоса.
Его крик был одним из многих и утонул в грозном хоре других нападавших.
Беспалый пырнул ножом вставшего на его пути мужика, успев удивиться тому, как легко клинок вошел в тело. Следующей жертвой стал парень лет двадцати, сидевший на нарах с широко раскрытыми от ужаса глазами. Беспалому даже показалось, что еще мгновение, и его зенки выкатятся из орбит на грязный пол. Тиша ткнул паренька ножом в горло и, выдернув клинок, побежал по проходу, не оборачиваясь на предсмертный хрип.
