Ворожея

Милава словно вынырнула из небытия и тут же отстранилась от Алеся.

— Ну, так мы идем или что? — Воста стояла подле затухающего огня, уперев тонкие ручки в бока.

— Да… да, — запинаясь, пролепетала ворожея, на миг ей показалось, что Алесь малость не застонал, — идем. Больше мешкать нельзя.

Череда мерил шагами то горницу, то светлицу, теперь вот сени исходил вдоль и поперек. Только Алесь от хвори отделался, так словно мало ему — снова куда-то подевался. И это когда к селу ночь подступила.

— Авось до какой девицы подался, — предположила Услада.

Неясно, кого она утешала — у самой вон очи так и снуют то к оконцу, то к двери от волнения. Да замирает вся, лишь мышиный шорох в подполе заслышит.

— Дай-то боги, — выдохнул староста и распахнул дверь. Ахнул. Отшатнулся назад. — Фух! Что б тебя, Вит! Я поди не молодец, все ж сколько-то весен за плечами имею. Хочешь, чтоб помер?

— Даруй, Череда, — чуток склонил чернявую голову запыхавшийся мельник. — Ворота у тебя не заперты, вот я и вошел. А кулак только занес, чтоб постучать.

— Ладно, — махнул староста. — Что там у тебя?

Услада просунулась в сени — не дай-то, чтоб мимо нее какая весть проскочила. Мельник, узрев пышную стать дочки Череды потупился, замял в руках мешок. Староста обернулся:

— Иди в хату, Услада. Чай, не к тебе пожаловали.

Девка фыркнула и исчезла в глубине избы.

— Так что случилось? — снова спросил Череда.

— Милава пропала, — вполголоса поведал Вит.

— А вот так. Я пришел к яме, как ты сказал, а ее там нет! Пусто.

— Куда ж она могла подеваться? — взволновался староста. — Погодь, я сейчас.

Череда скрылся в избе и возвратился с факелом.

— Пойдем, — он решительным шагом спустился с крыльца и прошел в калитку.

— Я тут поразмыслил малость, покуда к тебе бежал. Может, у Лютовера подмоги попросить? Уж он-то следы даже на камне различить умеет, — догнал его Вит.

— Погодь. Сперва сами все оглядим.

Скоро они оказались подле ямы. Череда запалил факел и спустился. Вот только ничего, кроме примятого сена да потушенной лучины, не сыскал.

И куда ж подалась девка? Сама бы никак не выбралась. Он покинул темницу и задумался. Вит кашлянул. Староста поднял на него мутный взор.

— Я вот все думал, кто ж ей помочь мог.

— И? — взгляд Череды приобрел осмысленность.

— Кроме Восты на ум так никто и не пришел.

— Воста? — нахмурился староста. — Да, пожалуй, она могла. А что, ежели Кукоба? Мы ж ничего толком об их способностях не ведаем.

— Да не… — блеснул очами Вит.