Взрослых беспамятных и безродственных городские власти хоронят или кремируют. И документик составляют — вдруг родня объявится. А в твоей истории это упущено, имеет место недочет. Если выжил подопытный, но ОТК не прошел — бог с ним, любящие предки и такого назад примут, приют тоже не откажет. Но если не выжил или не надо, чтоб выжил, — куда тело денешь?
— Мариша! При чем тут я? Пьяное воображение у моей девочки расшалилось? Это вообще история ни про кого, предполагаемая… То есть никто ничего не планирует, а только рассуждает — что будет, если…
— Верю, милый, верю! Ни в чем не сомневаюсь! — она по-кошачьи потерлась лбом о его плечо.
— Только, как ты сам заметил: что будет, если… — она приподняла кверху ладошки, по-ведьмински скрючила тонкие пальцы и изобразила нападение."
"Зернов оценил и свою недальновидность, и Маринину прозорливость. Этот тонкий момент он сегодня же обсудит со Светой, а малышке спасибо за внимательность. Быть благодарным он умеет. Кирилл рывком опрокинул нависшую над ним медсестричку на спину и впился в яркий рот.
* * *Марина часто выдумывала несуществующих героев-любовников, и ее звонку о широкоплечем красавце лет тридцати пяти он не придал особого значения. Возможно, давила на ревность, хотела выклянчить очередную курточку или сапоги к новому весеннему сезону. Но сразу после нее позвонила Света, и тоже с рассказом о могучем богатыре военного склада. Сравнив описания ищущих его мужчин, доктор Зернов понял, что речь идет о разных людях.
Но, коль выправкой они похожи, — действует одна команда. И бывшая жена, и нынешняя любовница ясно поняли, кого ищут. Но цель поисков, похоже, никак не связывалась с его последней удачей. Пока никто, ни одна живая душа не помешала ему работать с Наденькой.
Кирилл обосновался в подмосковном Зеленограде, в аккуратном частном домишке на окраине. Там заинтересованная спонсорша оборудовала и операционную, и реанимационную палату, и маленький физиотерапевтический блок. Дом по соседству пустовал — хозяева переехали в столицу и просто не успевали досматривать провинциальную вотчину.
В строении напротив жила нелюбопытная пожилая пара, занятая разведением индоуток и продажей их мяса. Работа, как успел заметить Кирилл, хлопотная, требующая времени и усердия. Так что приглядываться к нему было некому. Подумаешь, часто наезжающий москвич — таких полгорода. Выходит из машины со спортивной сумкой через плечо, садится с той же ношей… Банально.
