Он действительно был другим, этот Олег Владимирович Владыко, преподаватель университета, молодой ученый, перспективный специалист и прочее-прочее-прочее. Самое забавное было в том, что Владыко когда-то был его преподом — четыре года назад. И он, Слава, едва ли н в рот ему смотрел, потому что считал его умным преподавателем и просто крутым мужиком. И этот самый крутой мужик увел его любимую девушку. Единственного во всем мире близкого человека.
Слава пытался встретиться с Василиной, пытался начать сначала, но каждый раз она просила его уйти.
А потом он увидел, как она смотрит на Владыко, и понял, что это бессмысленно. Она действительно его любит. И это безумно злило его. Чем он хуже? Не умеет элегантно одеваться? Не такой умный? У него нет столько денег? Чем, черт побери?
«Он просто… другой», — вспоминал Слава каждый раз слова девушки.
Сначала он злился, вымещая свою ярость в спортзале, потом погрузился в депрессию, потом стал пытаться расшевелить сам себя — начал ходить по клубам и барам, и каждый раз, когда очередная симпатичная девушка пыталась познакомиться с ним, отталкивал ее.
Слава каждую сравнивал с Василиной, понимал, что его бывшая в разы лучше, и уходил почти в отчаянии.
Сегодня он неожиданно встретил в клубе Владыко. Увидел издалека — тот стоял с двумя какими-то девушками, и сначала хотел подойти и от души вмазать по наглой морде. Однако потом решил, что не станет этого делать, и убежал. Правда, толкнул на лестнице одну из девушек, с котором общался Владыко, но останавливаться не стал — чувствовал, что на него накатывает ярость, та самая, особая ярость, с которой он не сможет справиться.
И ушел.
Глава 63
Какое-то время Слава побродил по округе, пытаясь прийти в себя, а потом решил вернуться в клуб — там были его друзья. На парковке он встретил какого-то типа с бородкой, который раздраженно разговаривал с кем-то по телефону. Этот тип сразу ему не понравился — только по голосу и виду.
— Она ушла и не берет трубку! — громко и высокомерно говорил он.
— Какая-то дура облила меня, и Оля ушла! Стерва! Еще с каким-то уродом подрался. Конечно, я его уделал Валялся у меня в ногах — ты ж меня знаешь, не зря я в качалку хожу! Короче, домой поеду, да.
Разговаривая, тип с бородкой на ходу врезался в Славу.
— Смотри, куда прешь, — буркнул он высокомерно. — Пр-р-ридурок.
Ему не стоило этого говорить. Ему не стоило себя так грубо вести. Ему стоило извиниться и пойти дальше. Но он сам сделал свой выбор.
