Глава 62
В травмпункт мы добрались минут через пятнадцать, правда, он оказался платным, и Олег, ни моргнув глазом, оплатил все медицинские расходы. Несмотря на то, что народа в травмпункте было достаточно, приняли меня быстро. Никакого перелома, естественно, не было, зато оказалось, что у меня растяжение связок. Мне наложили тугую повязку и отправили домой, почему-то решив, что Владыко — мой муж.
— У вас замечательный супруг, — добродушно улыбнулась мне медсестра. — Очень о вас заботится.
У замечательного супруга вытянулось лицо, а я обняла его здоровой рукой за пояс, положила голову на плечо и проворковала:
— Он у меня потрясающий.
Не только обо мне заботится, но и о ребенке!
— У вас уже и детки есть? — удивилась медсестра.
— Да, Мира, два годика, — потупила я глазки.
— Скоро еще и Аристарх появится, — положил мне вдруг руку на живот Олег. — Жду не дождусь.
— Нет, дорогой, мы его в честь тебя Геннадием назовем, — отозвалась я.
Владыко нахмурилась, а я возрадовалась. Уделала его!
— Счастья вам, — расчувствовалась медсестра, ничего не подозревая.
— Такая пара замечательная.
Мы синхронно улыбнулись медсестре и вышли, наконец, из душного помещения на улицу.
— Почему Аристарх? — первым делом спросила я.
— А почему бы и нет? — пожал плечами Олег. — Вы же выдумываете глупые имена.
— Мира — красивое имя! — возразила я.
— Владыко Мира — просто потрясающая аллюзия на вашу глупость. Дайте мне правую руку и идемте, — велел Олег.
И мы пошли.
* * *
Темноволосый и высокий молодой человек выбежал из клуба «Бархат» так быстро, словно за ним кто-то гнался.
На ходу он застегнул черное пальто, которое хоть и было теплым, но ужасно его раздражало. Он купил это пальто за какие-то неоправданно бешенные деньги только ради нее — знал, что ей нравится такой стиль. Нравится, когда в образе есть налет элегантности, которая была ему чужда.
«Настоящий мужчина должен быть элегантным, уверенным и сильным», — говорила ему Василина, когда они встречались. И это было давно — словно бы в прошлой жизни.
Тогда она была с ним мила, нежно целовала и называла своим медвежонком, когда они лежали в одной постели, укрываясь теплым пледом и прижимаясь друг к другу плечами, чтобы согреться. За окном в его комнате падал снег, ярко светилась новогодняя иллюминация, а в углу всеми огнями сверкала елка. Он никогда не любил Новый год и не украшал дом, считая это глупостью. Однако она любила этот праздник больше дня рождения и светилась от радостного предвкушения.
