Восхождение королей

До этого у них не было возможности намеренно и неспешно растянуть занятие любовью, как в Первую Ночь. Его мысли сократились до тех вещей, которые им вдвоем еще предстояло сделать.

Он тщательно намылил тело. Намочил волосы, промыл их, вытерся полотенцем и вылез из бадьи.

Когда Дэмиен вернулся в спальную комнату, его кожа раскраснелась от пара и горячей воды; полотенце было обернуто вокруг талии, и обнаженные торс и плечи были влажными от капелек воды, падавших с кончиков волос.

Здесь тоже виднелись следы планирования, и теперь Дэмиен видел их тем, чем они являлись: зажженные свечи, соединенные матрасы и сам Лорен, чистый и одетый в ночную рубашку.

Он подумал о Лорене, дожидавшемся его. Это было очаровательно, потому что становилось ясно, что Лорен не был точно уверен, что делать, и все же, не изменяя своему характеру, вел себя так, чтобы держать все под контролем.

— Первый раз устраиваешь прием для любовника? — просто произнеся эти слова, Дэмиен покраснел и увидел, что Лорен тоже залился румянцем.

— Да, — ответил Дэмиен.

Лорен стоял на другом конце комнаты рядом с пустой кроватью. Он выглядел напряженным в свете свечей, словно собираясь с силами.

Дэмиен бросил короткий взгляд назад, потому что сделать шаг назад значило упереться спиной в стену. Матрас и постельное белье лежали на полу слева от него. Он ощущал твердую стену за своей спиной.

— Положи руки на стену, — сказал Лорен.

Три горящих свечных фитиля заставляли пламя плясать, обостряя в Дэмиене ощущение пространства комнаты. Лорен шел к нему, его голубые глаза потемнели.

Когда он приблизился, Дэмиен прижал ладони к стене позади себя.

Лорен не сводил с него взгляд. Комната была погружена в тишину, раздавалось лишь потрескивание огня в камине, потому что толстые стены не пропускали ни звука, и даже мир снаружи был не более чем отражением свечного пламени в темных оконных стеклах.

— Сними полотенце, — сказал Лорен.

Дэмиен оторвал одну ладонь от стены и распустил полотенце. Оно размоталось и соскользнуло с талии на пол.

Он наблюдал, как Лорен реагирует на его тело. Девственники и еще неопытные любовники обычно нервничали, и Дэмиену это нравилось, как испытание, которое нужно преодолеть, и нерешительность превратить в желание и наслаждение. Глубоко внутри себя он был рад заметить отголоски похожей реакции в Лорене. Наконец Лорен поднял взгляд от того места, куда он инстинктивно опустился.

Он позволил Лорену рассмотреть себя, увидеть его наготу, нескрываемый факт его возбуждения.