Восхождение королей

— Сюда он пришел заключать сделку именно со мной, — сказал Дэмиен.

Твердыня Королей с ее строгими законами, запрещающими насилие, была единственным местом, где двое врагов могли встретиться и прийти к сделке. Было что-то подходящее в том, чтобы столкнуться с Регентом здесь, в этом церемониальном месте, устроенном для противников.

— Назови свои условия за ребенка.

— О, нет, — сказал Регент. — Ребенок больше не участвует в сделке. Мне жаль, если ты думал сделать широкий жест. Но я предпочитаю держать ребенка при себе.

Нет, я здесь за своим племянником. Он предстанет перед судом Совета. Затем он умрет за свои преступления. Мне не нужно договариваться или отдавать ребенка. Лорен встанет на колени и будет умолять меня взять его. Не так ли, Лорен?

— Дэмиен, я сказал тебе уйти.

— Лорен никогда не встанет перед тобой на колени, — сказал Дэмиен. Он заслонил собой Лорена от Регента.

— Думаешь? — спросил Регент.

— Дэмиен, — сказал Лорен.

— Он хочет, чтобы ты ушел, — сказал Регент. — Тебе не любопытно, почему?

— Дэмиен, — повторил Лорен.

— Он уже опускался передо мной на колени.

Регент произнес это спокойным само собой разумеющимся тоном, и сперва Дэмиен не понял. Это был просто набор слов. Даже когда Дэмиен повернулся и увидел густой румянец пятнами покрывающий щеки Лорена. И только тогда значение этих слов начало выгонять из его головы все остальные мысли.

— Вероятно, мне следовало отстранить его, но кто же устоит, когда мальчик с таким личиком просит тебя остаться с ним? Он был так одинок, когда умер его брат.

«Дядя, не бросай меня одного…»

Ярость; она дала ясность и простоту, выжгла все прочие мысли. Ужасное выражение лица Лорена, движение стражей в белых плащах на первый скрежет стали — все это было неважными мелькающими изображениями. Дэмиен достал свой меч и собирался вонзить его в незащищенное тело Регента.

На его пути встал страж. Еще один. Звон доставаемого из ножен меча породил каскад действий. Стражи в белых плащах наводняли зал, выкрикивая приказы: «Остановить его!» Они встали на пути Дэмиена.

Он уберет их. Хруст костей, крик боли — а это были лучшие бойцы Акиэлоса, отобранные вручную. Это не имело значения. Ничто не имело значения, кроме убийства Регента.

От удара, пришедшегося по голове, у него на мгновение потемнело в глазах. Он пошатнулся, затем вернул себе устойчивое положение. Еще один удар. Его окружили и удерживали восемь человек, выкрикивая приказы о подкреплении.