Умер вместе с Паучихой. Билл сунул руку в карман пропитанной кровью и слизью рубашки, чтобы достать последнюю книжицу спичек. Спички он нашел, но ни одна не зажглась: головки размокли от крови.
– Ричи! – снова закричал он, из глаз покатились слезы. Он опустился на четвереньки. Пополз вперед, ощупывая темноту то одной, то другой рукой. Наконец одна за что-то задела, и это что-то вяло дернулось при его прикосновении. Он пустил в ход другую руку… замер, когда они обе коснулись лица Ричи.
– Ричи! Ричи!
Нет ответа.
В темноте Билл подсунул одну руку под спину Ричи, другую – под колени. С трудом поднялся и, шатаясь, двинулся в ту сторону, откуда они пришли, с Ричи на руках.
3
Дерри – 10:00–10:15
В 10:00 мерная вибрация, которая, сотрясала улицы центральной части Дерри, перешла в рокочущий грохот. В «Дерри ньюс» потом написали, что опоры подземной части Канала, ослабленные резким напором воды, вызванным столь сильным ливнем, не выдержали. Некоторые, однако, не согласились с этим утверждением.
«Я там был, поэтому знаю, – говорил потом Гарольд Гарденер своей жене. – Дело не только в том, что опоры не выдержали. Произошло землетрясение, вот главная причина. Гребаное землетрясение».
В любом случае результат остался прежним. По мере того как грохот нарастал и нарастал, начали дребезжать оконные стекла, посыпалась штукатурка с потолков, а нечеловеческие звуки, которые издавали изгибающиеся балки и фундаменты, слились в пугающий хор. Трещины побежали по выщербленному пулями кирпичному фасаду магазина Мейкена, словно чьи-то загребущие руки.
Тросы, поддерживающие маркизу кинотеатра «Аладдин», оборвались, и она упала на улицу. Переулок Ричарда, который проходил за «Аптечным магазином на Центральной», неожиданно завалило лавиной желтых кирпичей рухнувшего здания «Профессионального центра Брайана О’Дода», построенного в 1952 году. Огромное облако желтушной пыли поднялось в воздух, и ветер унес его как вуаль.
Одновременно взорвалась статуя Пола Баньяна, стоящая перед Городским центром, словно учительница рисования, давным-давно угрожавшая разобраться с этим уродищем, показала, что слова у нее не расходятся с делом.
Бородатая улыбающаяся голова взлетела вертикально вверх. Одну ногу выбросило вперед, другую – назад, будто Пол слишком уж энергично исполнил шпагат, что и привело к расчленению тела. Торс просто разорвало на мелкие кусочки, а пластиковый топор поднялся в дождливое небо, исчез, но потом вернулся, бешено вращаясь.
