Восстание

— Почему они у вас без штанов? — морщась и брезгливо кривя рот, спросил у Староуса Ланский.

Староус вытянулся, держа руку у козырька с таким напряжением, словно выжимал двухпудовую гирю.

— Интендантство, господин полковник, шаровар не отпустило.

— Нет, в подштанниках через весь городок, — заскрипел подполковник. — Подумать только, мимо офицерских флигелей, мимо дам, мимо жен господ офицеров…

— Так точно, господин полковник, — отчеканил Староус. — Мимо дам, господин полковник, но выхода не было. Интендантство, господин полковник…

— Да знаете ли вы, что значит солдат без штанов? — Ланский поднял брови и неподвижным взглядом уставился в переносицу фельдфебеля.

— Так точно, господин полковник, знаю, что значит солдат без штанов, — отрапортовал Староус.

— Нет, не знаете… Это самое скабрезное оскорбление мундира. Это позор на весь гарнизон. Позор! У подполковника Ланского солдаты без штанов маршируют…

— Ага, даже тебя проняло… — вдруг услышал Никита рядом с собой голос. — Начальники бесштанных команд…

Никита обернулся и увидел смеющееся лицо Лукина.

— Свою одежду им, господин полковник, оставлять невозможно было, — докладывал в это время Староус. — Прошлый раз, господин полковник…

Староус понизил голос, и Никита не расслышал последней фразы.

Однако эта фраза, видимо, озадачила подполковника. Он выпрямился, взглянул на переступающих с ноги на ногу белоштанных солдат и, нахмурившись, сказал:

— Пусть продолжают движение, отправьте их.

Староус повернулся к строю, поискал глазами и, заметив стоящего в стороне каптенармуса, крикнул:

— Продолжать движение! Фейерверкер Крюков, отведите команду.

— Видишь, боятся нас в своей одежде оставить, — усмехнувшись, сказал Лукин. — В подштанниках-то никто не убежит… Армия…

— Шагом марш! — скомандовал каптенармус, и колонна двинулась через площадь к казарме за проволочной изгородью.

Поезд Гайды в Омске был принят на запасный путь и остановился далеко от вокзала.

Колчак вышел из вагона и, шагая через рельсы и мокрые шпалы, пошел к станционному перрону.

Моросил мелкий, перемежающийся со снегом дождь, и все кругом было затянуто скучной серой пеленой гнилых осенних сумерек.

Оглядываясь по сторонам с любопытством человека, впервые приехавшего в незнакомый город, Колчак шел мимо поездов и эшелонов, загромоздивших все станционные пути.