Вот и я, Люба!

Каждая наша фантомная близость завершается моей бурной разрядкой и слезами. Повод для последнего мне понятен — от Степушки нет никаких известий уже два месяца.

Друг его Николай Игнатьев, который носится с моими проблемами как с писанной торбой, все время отвечает только одно: "Всё нормально. Такое бывает. Ситуация — штатная. Повода без беспокойства нет."

Слушая объяснения друга Степана, стараюсь держаться, но потом оставшись одна рыдаю и вою в голос.

Плюсом к моему плохому самочувствию у меня в последнее время совсем рассшаталсь нервна система: то нахожусь в состоянии полного оцепенения, то хожу с глупой улыбочкой, то рыдаю до исступления.

На днях во время разговора с одной из свинарок, которая пришла на работу со свежим перегаром, я, будто со стороны, услышала свой собственный истошный крик.

Осознав произошедшее и захлопнув свой рот, увидела, что на всех, кто стоял рядом со мной, напала оторопь. Свинарка хлопая глазами и пролепетав: "Такого больше не повторится!" — мгновенно помчалась убирать навоз.

Димка долго смотрел на меня молча, потом только и смог покачать головой и вымолвить: "Да, мать, все же укатали тебя крутые горки!"

Под крутыми горками мой сын подразумевает все события последнего времени. Сейчас меня уже радует хоть то, что мой развод все же состоялся. Гибель моих элитных пятачков стала веским поводом для Толькиного согласия на развод без всякого раздела имущества.

Мы с детьми совершенно не надеялись на то, что на основании записи камеры видеонаблюдения полиции удастся установить круг лиц, причастных к поджогу нашего комплекса, который привёл к гибели значительной части племенного поголовья свиней.

Между тем реальность оказалась иной. Полиции все же удалось установить одного из числа участников. Подельников своих он не сдал, сказав, что видел их уже в масках.

Не знаю уж каким образом, но следователи смогли докопаться и найти заказчика. По номеру телефону, с которого велись переговоры, удалось установить это лицо. Им оказалась моя свекровь Анна Васильевна Гаврик.

Как следует из протокола, который мне дали на ознакомление, мать Анатолия сама нашла людей, объяснила задачу, оплатила им аванс и уже после пожара произвела окончательный расчёт.

Предусмотрительно переговоры и расчёт она вела с каждым исполнителем отдельно. Имена, кроме установленного следователями, отказалась сообщать. Этим своим поступком свекровь очень сильно меня удивила, никогда не наблюдала в ней порядочности и человечности.