Воздушные пираты

На большой высоте из-за перепада давления его попросту разорвет в клочья, а люди мгновенно умрут из-за закипевшей крови. В общем, ситуация была более чем серьезная, ведь в результате из этих стен выходили мотивированные камикадзе-многостаночники. Все они без исключения, в отличие от Гаера и Парсека, прошли через сито идеологической обработки.

Парсек уже направлялся к выходу, когда его нагнал Озбек. Выбравшийся из кабины симулятора, пилот был сильно взволнован.

— Что он хочет? — спросил Парсек переводчика.

— Ты говоришь по-английски? — неожиданно спросил Озбек, не дав открыть рот переводчику.

— Конечно, — подтвердил Парсек, немного обескураженный обращением.

— У меня плохо все получается, — Озбек бросил взгляд на переводчика, который рассеянно переводил взгляд с него на Парсека: — Я летал на русских «мигах». Знаешь такие самолеты?

— Конечно, знаю, — подтвердил Парсек.

— О чем вы говорите? — спросил возникший рядом Ибрагим.

— Он сказал, будто ему плохо дается обучение из-за того, что он знает другой тип самолетов, — объяснил Парсек.

— Почему вы отказались от переводчика? — возмутился Ибрагим.

— Это долго и не всегда правильно, — зло ответил Парсек. — Неужели ты не доверяешь мне?

— Хорошо, — Ибрагим успокоился. — Спроси, чего он хочет?

Парсек перевел ему вопрос.

— Я знаю, что у правительственных войск было захвачено много самолетов, — торопливо заговорил Озбек. — Не проще было бы дать мне один из них?

Парсек вздохнул и перевел сказанное Озбеком.

— Скажи, что мы уже думали над этим, но они все неисправные, — Ибрагим развел руками.

Парсек повторил ответ на английском и собрался было идти дальше, но сириец буквально вцепился ему в руку:

— Я, до того как сесть за штурвал, был техником.

— Что еще? — недовольно проворчал Ибрагим.

Он торопился на намаз и нервничал.

— Судя по всему, хочет убедить нас, что может отремонтировать один из таких самолетов, — предположил Парсек.

— Если у них есть хотя бы два похожих самолета, я могу собрать из них один, — подтвердил на английском Озбек.

— Что? — насторожился Ибрагим.

— Что я и говорил. — Парсек вздохнул. — Готов отремонтировать.

— Скажи, мы подумаем, — проговорил Ибрагим. — А пока пусть учится летать на таком самолете.

С этими словами чеченец направился прочь. Переводчик поплелся следом.

Парсек знал, сириец провел в специальном лагере почти два месяца. С утра до вечера его оболванивали сказками о загробной жизни джихадиста, изматывали изнурительными физическими тренировками и учили стрелять.