Возлюбленная герцога

Поблагодарив, он повернулся, взял валявшийся неподалеку ящик и перевернул его. Грейс заметила, как он поморщился, поднимая ящик одной рукой. Едва заметно.

Она подавила сочувствие и стиснула зубы, глядя, как он присоединился к кружку женщин у лохани с таким видом, будто проводит в Ковент-Гардене каждый божий день и пирует с прачками.

Грейс скрестила на груди руки и прислонилась к стене, наблюдая, как он взял лепешку и откусил громадный кусок, демонстрируя отнюдь не аристократические манеры.

– Вот это мужик, – с уважением произнесла Элис.

– Ага, – отозвалась Дженни. – А я-то думала, герцоги только и волнуются, чтоб не накрошить.

Он улыбнулся, не прекращая жевать, его челюсти двигались, как у быка на пастбище. Грейс старалась не обращать внимания на то, как эти преувеличенные движения подчеркивают посадку его подбородка. Его красоту. Тот факт, что им можно провести прямую линию.

А ей плевать. У нее в конторе есть отличная рабочая линейка.

Он проглотил очередной кусок.

– Не понимаю, как можно волноваться из-за крошек, если у тебя есть такая вкусная лепешка.

Он чуть наклонил голову и одарил Элис своей самой сияющей улыбкой. Та густо покраснела. Грейс не могла ее за это винить. Она и сама бесчисленное количество раз краснела под влиянием этой улыбки.

Долгие годы она вспоминала точный изгиб этих губ. Как теплели при этом его глаза. Что она чувствовала, когда эти губы прижимались к ее коже.

Грейс вздохнула. Он повернулся и посмотрел на нее. Элис же, не отрывая от него взгляда, сказала:

– Да это ниче, право слово.

Он потер руки, как мальчишка.

– А вы знаете, думаю, не откажусь, спасибо.

Элис повернулась к Грейс:

– А ты, Далия? Съешь лепешку?

Она оглянулась на стену, на которую собиралась взобраться. На крыши, которые привели бы ее в дом номер 72 по Шелтон-стрит, далеко от этого места и новой ловушки, которую он наверняка уже расставил.

Но прежде, чем Грейс успела вежливо отказаться, прежде, чем снова начала подниматься на стену, она посмотрела на него.

А почему бы ей и не принять угощение? Это место принадлежит ей так же, как ему. Больше, чем ему. А значит, и сконы скорее полагаются ей, чем ему.

Она подошла, и Дженни, сидевшая на низком чурбаке, подвинулась, освобождая место для Грейс. Та выбрала скон и, убедившись, что их разделяет лохань, – как будто железная емкость, полная тепловатой, грязной воды, сумеет ее защитить, – села напротив Эвана.