Возлюбленная герцога

– А ты, Далия? – закричал он, назвав ее именем, которое присвоил ей Гарден. – Как насчет тебя? Такие, как ты, для герцогов?

По толпе пробежал ропот – слишком дерзко звучал вопрос. Она застыла. Обернулась. Он ее поймал.

– Если ты не хочешь, я его приберу! – выкрикнула какая-то женщина.

На мгновение она застыла, как камень. Но Эван увидел, как в ее глазах сверкнула ярость. А когда заговорила, ее слова рикошетом отлетали от стен зданий, так что все собравшиеся хорошо слышали ее превосходство.

– Этот франт хочет доказать, что он крутой, и бог свидетель, у нас у всех руки чешутся устроить ему драку, на которую он напрашивается.

Вспыхнул гнев, и Эван сделал шаг в ее сторону, но плечо сразу пронзило острой болью, словно лизнуло огнем.

Она посмотрела на крышу, откуда наблюдали за происходящим его братья, и повторила:

Тут Грейс взглянула на него, и в ее глазах он увидел то, чего не ожидал. Она долго удерживала его взгляд, и он бы отдал все на свете – заплатил любую цену, сделал все, что угодно, – лишь бы понять, о чем она думает.

– Он получит бой, которого так жаждет, – произнесла она, и слова ее прозвучали боевым кличем. – Но послушайте меня: это моя битва. – Его охватил трепет, а она уже повернулась к Гардену. – Понятно, парни?

И по двору прокатилось согласное гудение.

Она посмотрела ему в глаза.

– Это будет мой бой.

Его тело напряглось, когда он услышал прозвучавшее в ее словах обещание. Они еще не закончили поединок.

Затем Грейс отвернулась и исчезла, пройдя сквозь толпу, а его охватил трепет предвкушения.

Она пришла за ним, и теперь настал его час. Идти к ней.

Грейс удалилась, точно рассчитав стратегию.

Когда шла через двор, через заполнившую его толпу, ускоряя шаг, желая от него избавиться и одновременно надеясь, что он пойдет следом, она знала: он не оставит мысли о ней. Грейс пошла еще быстрее, стремясь войти в лабиринт улиц, подальше от него и от тех чувств, которые он ей внушал. Подальше от того факта, что он возродил ее чувства.

Она свернула в ближайший переулок, затем еще в один, ступила на длинную, извилистую улицу Гардена, прошла мимо полудюжины ребятишек, игравших в камешки, мимо стайки женщин у железной лохани – они заканчивали стирку, вовсю сплетничая и греясь на послеполуденном солнышке.

Две знакомые женщины улыбнулись ей, подняли руки в знак приветствия, но ни одна не помахала ей, приглашая присоединиться к разговору.

– Я никогда не видела, чтобы герцог так выглядел, – сказала Дженни Ричли.