Возлюбленная герцога

Одобрительные нотки в ее голосе вызвали у Грейс вспышку воспоминаний, и это ей совсем не понравилось.

– Да ты в жизни ни одного герцога не видела, и все тут, Дженни, – фыркнула Элис Нейборз.

– Как вы думаете, они все такие красавчики?

«Нет, – подумала Грейс. – Не все».

Все они должны быть старыми, с лошадиными лицами. Дряблыми, с начинающейся подагрой. А он не такой.

Потому что он никогда не должен был стать герцогом.

Она цепляется именно за это: сын герцога, укравший у нее герцогство. И сделал он это, бросив ее на съедение волкам.

Сомнения, только что возникшие и тревожащие.

В дальнем конце улицы есть место, откуда можно подняться на крышу – в стену дома встроены опоры для ног. Туда Грейс и направилась, зная, что это самый надежный способ сбить его со следа.

Она хотела, чтобы он потерялся.

Грейс взялась за кирпич, выдающийся из стены, и уже начала подниматься, как вдруг услышала ответ, причем вовсе не от женщин:

– Я буду просто счастлив дать вам возможность посмотреть еще раз, леди.

– Боже праведный! – взвизгнула одна из женщин. Грейс ее не знала. – Это ж он!

Грейс застыла, прильнув к стене, полы ее пальто развевались на ветру. Она не могла сдержать охватившего ее восхищения. Он нашел ее быстрее, чем она ожидала!

Она слегка повернула голову и увидела его в начале улицы. Кровь на щеке уже засохла, когда-то белая рубашка испачкана так, что ее уже не спасти, порвана на плече и прилипла к упругим мускулам на груди.

Он поднял бровь, заметив, как она старательно не замечает его.

Грейс спустилась обратно на землю и медленно повернулась.

– Если спросить меня, так ты выглядишь довольно потрепанным, герцог.

– Это правда. Мужчины у вас в Трущобах умеют драться.

Он поднял руку и потрогал синяк, наливавшийся под левым глазом.

– Женщины тоже, – сказала одна из прачек, тихо, гортанно рассмеявшись.

Эван ухмыльнулся, но не отвел глаз от Грейс.

– Ага, с этим я тоже сталкивался.

Она вскинула голову.

– Если спросишь меня, так ты разозлил не ту компанию.

– Нужно время, чтобы выучить свой урок.

– Ну, меня он ничем не злил, – сказала Элис, сунув руку в корзинку, стоявшую рядом. – Вы голодны, милорд? Может, хотите лепешку?

– Он не хочет лепешку, – отрезала Грейс.

– Чушь. Конечно, я хочу лепешку, – заявил он, приблизившись к женщинам.

Едва он успел договорить, как из корзинки вытащили тряпицу, развязали и протянули ему угощение.