Возлюбленная герцога

Наконец она спросила:

– Что произошло после того, как мы убежали?

– Это не имеет значения.

– Еще как имеет. Куда ты отправился? Сюда ты никогда не приезжал.

– В школу, – ответил он.

К счастью, он уехал в школу, и там обрел нечто вроде утешения, хотя остальные мальчики считали его не вполне нормальным.

– В Итон, потом в Оксфорд, а потом прочь, на континент. Куда угодно, лишь бы избавиться от него и его угроз.

– Он так и продолжал тиранить тебя, – мягко произнесла она.

Конечно, продолжал. Но не так, как она думала.

Отец терзал его снова и снова, обещая, что если Эван когда-нибудь оступится, пострадает Грейс. Девон и Уит тоже. Эвану приходилось играть роль преданного сына.

А если он откажется, расплачиваться будут те, кого он любит.

Конечно, весь мир считал его сумасшедшим. А если бы он знал, что она приходит сюда? На эту крышу, дожидаться его? Да он бы снес этот дом с лица земли, лишь бы ее защитить.

Тут ему в голову пришла еще более страшная мысль. И привела его в ужас.

Это имело принципиальное значение. Эван не мог вынести даже мысли о том, что она встретилась лицом к лицу с его отцом – даже сейчас, даже когда она стала королевой Ковент-Гардена, которая с легкостью противостояла бы могущественному герцогу.

Она покачала головой.

– Меня ждет теплая кровать, – ответила она, и взгляд ее был темным и непроницаемым. – И слуги, и кареты, и денег больше, чем можно вообразить. Даже престижный адрес, хотя и в Ист-Энде. – Она помолчала. – Не ломай руки.

Я никогда не хотела титула, и всей этой помпы, и церемоний. И отлично справилась сама.

– Ты на нее смотришь.

– Ничего подобного. Я ее видел. На моем бал-маскараде. В складском дворе. Пока ты не допустила меня к Грейс.

Она опять заерзала, и он понял, что не ошибся.

Грейс посмотрела ему в глаза.

Его бесило, что она не отвечает на прямые вопросы. Бесило, что не доверяет ему правду.

Но винить ее он не мог.

Эван глубоко вздохнул, обвел взглядом ее корсет, золотая нить блестела в едва горящем пламени свечи у ее ног, как эхо воспоминания.

– Помнишь, что я тебе обещал? Когда мы были детьми?

– Мы обещали друг другу тысячи разных вещей, Эван.

Он кивнул, наслаждаясь звуком своего имени на ее губах.

– И все же ты помнишь.

Почему-то ему было очень важно, чтобы она это помнила, и он облегченно выдохнул, когда она сказала:

– Ты обещал мне золотую нить.

Он с облегчением кивнул, глядя на нее.

– В то время я только это и смог придумать.