Возлюбленная герцога

– Я никогда не переставал тебя искать, – сказал он, скользя губами по ее виску. По волосам.

Она ахнула. Как он умудряется по-прежнему пахнуть кожей и черным чаем? После стольких дней, проведенных в запертой комнате наверху? Почему она по-прежнему так его ощущает? После стольких лет, пока она считала его врагом?

Почему он распаляет в ней пламя?

– Я всегда, всегда тосковал по тебе, – прошептал он, обдавая ее жарким дыханием.

Заставляя ее желать.

«Нет». Она этого не допустит.

Грейс начала извиваться, пытаясь ослабить его хватку.

– Они сказали мне, что ты умерла.

Грейс почувствовала боль в его словах, и на какой-то дикий, необъяснимый миг ей захотелось его утешить.

– Нога! – проорал Дьявол из темноты, вырвав ее из безумного оцепенения.

Он заметил то, что она знала с самого начала. Слабость. Пнуть как следует по ране на бедре, и она поставит Эвана на колени.

Она опустила руку к шарфу на талии. Намотала его на кулак.

– Они сказали тебе правду. Та девочка умерла. Убита мальчиком, которому она доверяла, а он накинулся на нее с ножом, готовый на все, лишь бы победить.

Она дернула шарф, вытащив его из колец, и, удерживая утяжеленный конец, взмахнула шарфом, и другой его конец широкой алой дугой взмыл над их головами. Она поймала его второй рукой и натянула. В одно мгновение прочная ткань оказалась у Эвана на горле, столь же опасная, как кинжал в руках опытного воина.

Годы напролет Грейс постигала этот прием.

Он потянулся к шарфу – движение естественное и очень ошибочное. Она крутанула запястьями, и его руки оказались замотанными в шарф, обездвиженные, как в наручниках. У него не оставалось выбора, кроме как отступить и опустить руки.

Вместо этого она затянула шелковый узел, зная, что теперь он не сможет двигать руками.

– Я бы никогда тебя не убил, – сказал он. – Никогда бы не сделал тебе больно.

– Нет. – Она сплюнула. – Ты уже сделал мне больно.

Говорила она о прошлом или о настоящем?

Он прорычал что-то бессвязное. Грейс не обратила на это никакого внимания.

– Но самое главное, ты сделал больно им. Полдюжины сломанных ребер у Уита и Девон с раной на лице, которая могла его убить. Он бы умер если не от потери крови, то от горячки. Забыл, что я тоже была там? И видела, как ты превратился в это? – Она смерила его взглядом с ног до головы и обратно.