Возлюбленная герцога

– Что еще, моя леди? Если я должен стать твоей фантазией, с чего начинать?

Ее сердце заколотилось, но она не дрогнула, а лишь вскинула подбородок.

– Поцелуй меня снова.

Он негромко зарычал, затем:

Она придвинулась к нему и прошептала в темноте:

– Значит, целуй всюду.

Они схлестнулись, как буря, врезались друг в друга, он приподнял ее подбородок высоко к крыше беседки, обнажив длинную шею, и прильнул к ней губами, скользя по коже языком. Грейс глубоко вздохнула от наслаждения, остро ощущая его руки на своем теле.

Он прижал ее к низкой стенке беседки, ее руки утопали в его волосах – то ли она держится, то ли направляет его голову ниже, ниже, к обнаженной коже над глубоким декольте платья. Затем одна рука оказалась там, сжимая платье в кулак, натягивая ткань, разрывая ее, отбрасывая клочки в сторону, обнажая груди, подставляя их теплому летнему воздуху.

Это было безумно и неистово, и в любую секунду реальность могла вернуться, а вместе с ней правда о его поступках и ее гневе, об их непоправимом прошлом и невозможном будущем, но прямо сейчас, прямо там было это… безумное и неистовое.

Она резко втянула в себя воздух, и он, услышав это, отпрянул, разглядывая ее. Она опустила руки, предоставляя ему возможность видеть ее всю.

Он так долго смотрел на нее, что она решила, будто он больше не прикоснется к ней, но тут он выругался, грязно и грубо, и на мгновение соскользнул обратно в прошлое, в Гарден.

От этой брани ее обдало жаром, пронзило желанием, а затем она увидела, что он услышал собственные слова – слова, которые герцоги не произносят в присутствии леди, и не важно, как далеко они успели зайти по кривой дорожке. И почти не поморщился.

Наверняка нет. Только не сейчас.

«Не останавливайся».

Она выпрямилась, отвела назад плечи, подставляя себя под его жаркий взгляд.

Выставляя напоказ. А затем прошептала:

– Как пожелает моя леди.

И он прильнул губами к местечку, где она особенно мучительно хотела его почувствовать, томительно ласкал языком, затем нежно втянул в рот и начал сосать, медленно и ритмично, и вот она уже задвигалась под ним, подаваясь всем телом навстречу этим чувственным ласкам, шепча ободряющие слова, а он словно воровал ее мысли.