Возлюбленная виконта

Если это была ваша тетя, почему она не вошла в дом повидать племянниц? К чему уезжать, когда отца нет, и обещать, что она пришлет за вами? Почему ваш убитый горем отец не потребовал вернуть ее тело домой?

— Да, мама так и не прислала за нами. А она обязательно поступила бы так.

— Откуда вы знаете? Разве отец отпустил бы вас к ней, раз у нее появился другой мужчина? Как вы считаете? Сколько вам тогда было лет?

— Семь, — пробормотала Белла. — Вы правы. Я бы так и не узнала, пыталась ли она связаться с нами. Я уверена.

 — Так же как и в том, что Мег и Лина ей писали, но отец уничтожил письма. — Он держал нас взаперти, я это помню. Казалось, прошла вечность, прежде чем нам позволили гулять с кузиной Гарриет. Она жила у нас до тех пор, пока мне не исполнилось семнадцать лет. — Белла уставилась на Эллиотта широко раскрытыми глазами, — Ах, бедная мама. Должно быть, ее довели до отчаяния, и она покинула нас.

Эллиотт взял Беллу за руку и гладил до тех пор, пока она не расслабилась.

— Как же мать могла бросить своих детей? — дивилась Белла.

Она взяла его руку и поднесла к своему животу.

Эллиотт был потрясен волнением, которое охватило ее, и решил хранить спокойствие.

— Извините, Арабелла. Мне следовало подумать, прежде чем размышлять вслух. Я не хотел расстраивать вас. — Но уже расстроил. Лицо Беллы выражало ужас. — Я согласен, ее, наверное, довели до отчаяния. И она подумала, что впоследствии вы сможете присоединиться к ней.

— М-м-м. — Белла кивнула и вновь задумалась. — Как же мне сказать об этом Мег и Лине? Если я когда-нибудь увижу их.

Ах, Эллиотт, как мне не хватает их.

— Спасибо. Его зовут Джеймс Халгейт. Не знаю, в каком полку тот служит, но он отправился на Иберийский полуостров. Это точно. — Волосы Беллы растрепались, нос покраснел, глаза увлажнились. Эллиотт удивился, что все еще здесь. Мысль о том, что женщина будет плакать, опустив голову ему на плечо, еще несколько недель назад побудила бы его бежать без оглядки. Арабелла порывисто вздохнула. — Простите меня, я доставляю вам столько хлопот.

Эллиотт отрицательно покачал головой. Она действительно стала обузой для него, но он хотел помочь, сделать ее счастливой.

— Две сестры сбежали с мужчинами, третья тоже исчезла, папа подозревает, что и в этом случае замешан мужчина. Он все время знал, что у нас на уме, — говорила Белла с притворной беззаботностью, отчего у него от сочувствия сжалось сердце. — Неудивительно, что он пишет резкие письма. Он вне себя от гнева.