Возлюбленная виконта

Как ни странно, он на мгновение забыл, что привело их к этому событию. Не хотелось смотреть на ребенка, который причинил Арабелле столько мук. Дитя Рейфа. — Я хочу смотреть на свою жену.

— Ребенок должен находиться в ее руках, — предупредила экономка и резко ткнула его в ребра. Когда Эллиотт подался назад, она вложила в руки Арабеллы небольшой узелок. — Вот, миледи. Прелестная маленькая девочка.

— Девочка? — недовольно спросил он доктора Гамильтона, который мыл руки.

— Да, милорд. Совершенно здоровая дочка.

 — Он понизил голос. — На сыновей времени хватит, не тревожьте жену по этому поводу. Пусть думает, что вы довольны.

— Я доволен, черт подери. Я в восторге. Никогда не был столь счастливым.

«Я получил то, что хотел. Дочка. Дочка Рейфа. Но не сын. Так что наследником станет мой собственный сын». Его охватывала примитивная мрачная радость. Он был готов кричать от счастья. Взглянул на Арабеллу, та совершенно измоталась после многочасовых страданий, напряжения и риска. Его снова охватило чувство стыда.

Жена едва справилась с родами, а он готов снова подвергнуть ее таким же страданиям. Белла покажет ему девочку, но он станет радоваться не ребенку, а тому, что родилась девочка. «Ты неблагодарный черт, — подумал он. — Ты эгоистичная деревенщина».

— Эллиотт? — Белла нуждалась в нем, не понимала, почему его нет рядом. Эллиотт улыбнулся через силу и осторожно сел на край кровати. Ребенок уже прильнул к ее груди. Видя это, он затаил дыхание. — Разве она не прелестна?

— Прелестна, — согласился Эллиотт и пальцем осторожно коснулся морщинистой красной щечки.

 — Девочка похожа на мать, — без зазрения совести соврал он.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Арабелла. — По голосу мне кажется, вы расстроены.

— Это от потрясения, — ответил Эллиотт, отводя волосы от лица жены чуть подрагивающей рукой. — Теперь я понимаю, почему доктор Гамильтон и миссис Найт не хотели пустить меня сюда. Мужчинам не по силам вынести такое.

Арабелла приглушенно рассмеялась, будто ей ни на что больше не хватило сил.

— А теперь, — сказала она, когда малышка перестала сосать и начала издавать жалобные звуки, — иди к своему отцу.

Эллиотт вдруг обнаружил, что его руки полностью заняты смешным крохотным кулечком. Девочка хмуро глядела на него, голубоглазая, со злым красным лицом, мягкие, как у котенка, волосы торчали на макушке.

— Добрый день, мисс Кэлн, — поздоровался Эллиотт, чувствуя себя не в своей тарелке.