Возраст – преимущество

Левая рука фюрера сильно тряслась, это было заметно, а правой он пытался ее сдерживать, выходило нелепо и плохо.

Вновь вошедшие встали так, что перекрыли Боре доступ к телу, то есть к Адольфу. Он был вынужден сместиться и встал ближе ко мне. Между мной и фюрером стояли два человека, мальчишки лет по пятнадцать, а времени почти не оставалось, я чувствовал, что все это действо должно вот-вот закончиться.

Распустив ремешок на ножнах, я начал медленно вытягивать острое лезвие, когда кинжал был готов к бою, фюрер неожиданно повернул голову и уставился прямо мне в глаза.

Он ничего не говорил, лишь смотрел, прожигая своим взглядом во мне дырку. Фу ты, даже передернуло как-то, силен, черт, но уже поздно демонстрировать силу, ты проиграл.

– Слава великому фюреру германского народа! – закричал я, и все присутствующие мгновенно подхватили мой призыв, вскидывая руки в приветствии.

Больше медлить нельзя, поэтому, не задерживаясь на то, чтобы расчистить себе дорогу, грубо пихаю впереди стоящих и прорываюсь вперед.

Краем глаза отслеживаю реакцию охраны и своих товарищей. Произошло все очень быстро, выстрелов так и не последовало, а вот результат был в нашу пользу. Точнее, половина результата, еще ведь и выйти как-то надо.

Острое лезвие кинжала остановилось возле горла фюрера, а я укрылся за его спиной, подтягивая его ближе к стене для прикрытия уже своей спины. Боря и Кузнецов тем временем действовали решительно и нагло. Несколько человек уже лежали на полу, а повсюду были видны брызги крови.

– Всем стоять, как стояли, одно движение, и я для начала выколю ему глаза, – все смотрели на фюрера, который, надо признать, не выглядел испугавшимся. – Прикажите охране бросить автоматы, немедленно, иначе эта минута будет последней в вашей жизни.

– Мне все равно конец, – внезапно произнес Гитлер, – да и вам всем тоже. Никто не выйдет из бункера после моей гибели.

– Это наша забота, повторяю, прикажите сложить оружие. Тут дети, ваши, немецкие дети, сжальтесь над ними, у них вся жизнь впереди.

Вам зачтется.

– Делайте то, что он говорит, быстро.

Охрана смотрела на нас троих поочередно, не зная, как поступить. Кузнецов выступил вперед и по очереди обошел всех охранников, забирая стволы, а Борис контролировал вход. Взвился было Геббельс, но мужики этого ждали, я так думаю, и были готовы. Удар сверху кулачищем Бориса, и сладкоголосый пропагандист обмяк.

– Я бы и этого прибрал, эффект будет замечательный! – бросил я на русском.