— Впрочем, пусть он сам все нам расскажет! — с довольной улыбкой сказал Том и крикнул рулевому: — Эй, Зиткэла, вы едите людей?
Индеец повернул к нему бронзовое, испещренное морщинами лицо с большим носом, похожим на клюв орла, и пронзительными глазами, способными с высоты рассмотреть добычу."
"— Нет, мистер. Мой дед ел, а отец только пробовал пару раз в детстве. Много лет прошло. Сейчас проще подстрелить дикую свинью или поймать макрель, — обстоятельно и буднично объяснил он, словно речь шла о различиях в гастрономических пристрастиях европейцев и американцев.
— Вот видишь!
Они рассмеялись. Том будто невзначай обнял девушку за талию. На этот раз Джессика не выразила недовольства и не высвободилась. Это был хороший знак.
Молодые люди познакомились только сутки назад, но казалось, что прошла уже целая вечность. Том даже отдалился от своих друзей и все свое время посвящал новой знакомой. Вчера они допоздна сидели в баре «У Джона Флинта», напивались коктейлями и говорили обо всем на свете.
Джессика рассказала, что она родилась в Англии, окончила Кембриджский университет и теперь дипломированный биолог, а занимается тем, что ищет редких животных. Том поведал, что недавно уволился из армии. Служил в Афганистане, но в связи с тем, что власть там резко переменилась и их срочно заставили уйти, он в последнем отряде эвакуировался на родину и сейчас пребывает в трехмесячном отпуске.
Джессика слушала завороженно, ловила каждое его слово.
— Но ведь Афганистан очень опасное место! — воскликнула она.
— Тебе приходилось сражаться? Ты убивал врагов, как Рэмбо?
Он покачал головой.
— Жизнь — это не кино! К счастью, мне не приходилось участвовать в кровопролитных боях. В первый год службы внизу, на равнине, у нас были боестолкновения, но это такая кутерьма, что ничего не понимаешь! Стреляют в тебя, стреляешь ты, свистят пули, стонут раненые, падают убитые. Когда все кончается, до тебя доходит, что остался цел, и испытываешь дикую радость… Мы подсчитывали свои потери, но я никогда не знал, в кого попали мои пули… И попали ли вообще… Но однажды меня контузило гранатой, повезло, что этим отделался…
Том помолчал, будто преодолевая атаку растревоженных воспоминаний и загоняя их обратно в подсознание.
— Но потом наш взвод отправили в горы, и больше никаких проблем не было… Почти никаких, — оговорился он. — Во всяком случае, откровенных врагов мы там не встречали. К нашему пункту дислокации вообще никто не приближался.
