Сами мы ходили в ближайшие кишлаки, что-то там покупали, меняли патроны на местную экзотику. В Тошлоке жители внешне были добродушны, демонстрировали хорошее отношение и гостеприимство, угощали чаем… Их староста Муатабар знал английский и был всегда приветлив. Но между нами стояла невидимая стена. Чувствовалось, что они напряжены, насторожены, и в душах у них непроглядная чернота… Непонятно было, чего от них ждать. Создавалось впечатление, что улыбчивый хозяин, подливающий тебе свежий чай, может с той же улыбкой воткнуть в спину кинжал или перерезать горло от уха до уха… Поэтому мы были рады, когда пришла команда покинуть охраняемую точку… Улетая, взорвали вертолетную площадку, хотя наши делали ее полгода.
Теперь там невозможно приземлиться.
Словом, они многое узнали друг о друге, сблизились, по крайней мере в вербальном смысле. Вечер достойно продолжил кратковременное курортное знакомство, законы которого позволяли проделать путь до общей постели быстрей, чем обычно, и без ненужных остановок.
В конце концов, на отдыхе мужчина крайне редко просит руку и сердце на всю жизнь, желая получить только доступ к совсем другому органу на непродолжительное время, поэтому и упрощения тут могут считаться оправданными.
Но Джессика не производила впечатления девушки, которая довольствуется упрощениями в виде выпивки и танцев. А вот серьезный разговор и обмен биографическими сведениями переводил легкий пляжный флирт на более серьезный уровень и давал достойные основания для жаркой ночи, на что Том очень рассчитывал, когда провожал новую знакомую в отель «Бунгало», расположенный на берегу небольшой живописной бухты.
Однако Джессика не только не позволила кавалеру далеко зайти в своей комнате, но даже не разрешила зайти в холл отеля под благовидным предлогом выпить в баре по рюмке рома на ночь. Военная тактика называла такой маневр «остановкой потенциального противника на дальних подступах» и рекомендовала применять его, чтобы выиграть время и приготовиться к обороне… Когда он вернулся в свой скромный отельчик, Джек и Боб были удивлены.
— Ты что так рано? Неужто ничего не обломилось? — спросил Джек на правах старого товарища. У Боба — добродушного увальня, напоминающего одного из сказочных трех поросят, — таких прав не было: его привез Джек, и познакомились они с Томом только несколько дней назад. Но по виду было заметно, что его тоже интересует: что да как…
— А что должно было обломиться? — Том изобразил благородное негодование.
