Возвращение джинна

Все пятеро сошлись в небольшом расширении тоннеля, проделанного миллион лет назад — в соответствии с гипотезой Хорста-младшего — Червями Угаага. Именно на такой тоннель, разорванный трещиной во время лунотрясения, и набрел, к своему несчастью, Дорофей Львович Пивторыкобылы. Всего же тоннелей насчитывалось шесть, но лишь два из них вели к пещере в глубинах горных пород Моря Спокойствия, где находился объект «Сторож». Остальные четыре были «намотаны» на объект как моток проволоки на сердечник электромагнита.

Впрочем, они скорее всего и в самом деле играли роль защитной «индукционной катушки», создающей какое-то неизвестное науке поле, которое и скрывало объект от посторонних глаз. Что это было за поле, ученым Ордена установить не удалось. Однако, судя по всему, оно работало до сих пор, так как обнаружить объект с поверхности Луны было невозможно, интравизоры, использующие высокочастотное микроволновое излучение и нейтринные пучки, его не видели. Лишь по незначительному усилению гравитационного поля можно было предположить, что здесь на глубине около километра залегает маскон — на жаргоне планетологов, то есть лавовая интрузия с большей плотностью горных пород. Однако район Луны вблизи борозды Маскелайн считался изученным, и никто из руководства геологоразведки не планировал вести здесь планетологические исследования.

Группу встретил лично Герман Панк в сопровождении двух телохранителей, одного «живого», в «пузыре», второго — витса, без скафандра; киберам этого класса защитные костюмы были не нужны.

Руководитель вкраинского шельда оглядел группу и остался доволен сосредоточенным выражением лиц ее членов, видимых сквозь прозрачные конусы шлемов.

— Задание понятно? — задал он риторический вопрос.

— Абсолютно, — ответила за всех Ираида Куличенко, сверкнув глазами.

— Даю на всю работу со «Сторожем» три дня.

— Может быть, столько и не понадобится, — скривил губы Ульрих Хорст.

Панк в сомнении вздернул бровь.

— Откуда такая уверенность?

— Мы на Полюсе даром хлеб не ели.

 — Ульрих имел в виду то обстоятельство, что он почти полгода провел на Полюсе Недоступности, пытаясь найти «живого джинна» и завести с ним дружбу. — Я довел алгоритм управления «джиннами» до совершенства, проверил его действие на шести дохлых гиперптеридах. Если бы они не «засохли», у нас сейчас был бы свой собственный «джинн».

— Век воли не видать, — усмехнулся Ульрих, пряча в глубине глаз пренебрежение к руководителю шельда.