Возвращение джинна

Однако Игнат подозревал, что на решение фон Хорста удалиться от дел и пореже встречаться с близкими людьми повлияла его «вторая половина души» — память и опыт Червя Угаага. После того случая на Полюсе Недоступности, когда Селиму пришлось внедриться в Червя — физически и психически, чтобы выжить и довести дело до конца, он так и остался «человекочервем», хотя и вернул себе человеческое тело.

Селим встретил гостей на участке: обыкновенной лопатой он копал и ровнял клумбы под цветы.

Ничего «демонического» или «червеобразного» в облике бывшего полковника Игнат не заметил, да и выглядел Селим как всегда спокойным и сосредоточенным на работе.

Несмотря на то что голову он теперь брил наголо, как и сам Игнат, дать ему восемьдесят лет было нельзя.

К визиту начальника реперной службы безопасности, каким, собственно, и мыслился отдел внутренних расследований федеральной СБ, а также эксперта той же службы, фон Хорст остался равнодушным. Странность же его поведения, отмеченная Игнатом, заключалась в том, что он не задал ни одного вопроса.

Ни о делах, ни о здоровье, ни о знакомых и друзьях, ни об Артеме, с которым был связан больше чем дружбой: оба не раз спасали друг друга из самых безнадежных ситуаций и всегда были готовы прийти на помощь, чего бы это им ни стоило.

Не заинтересовали Селима и события вокруг Луны с участием Артема. Выслушав Калаева, он остался равнодушно-невозмутимым, а на вопрос Игната: «Что ты об этом думаешь?» — лишь пожал плечами. За все время беседы в саду — гостей Селим в свой небольшой современный коттедж не пригласил, — он произнес всего несколько слов, не изъявляя особого желания не только говорить, но и слушать.

Попрощался он с ними так же молча, пожал руки и вернулся к своему занятию. Таким он и запомнился Игнату: невдалеке высились жилые башни Франкфурта, по небу неслись потоки аэромашин, а Селим Дельвиг Базил Мария фон Хорст спокойно копал землю лопатой.

В кабине неф-такси немецкой транспортной сети Калаев посмотрел на Игната и сказал:

— Да уж, — не стал спорить Игнат.

 — Этого следовало ожидать. Не понимаю, зачем ты потащил меня к нему. Его уже ничто не волнует.

— Ошибаешься, старик, — качнул головой Калаев. — Я его чувствую, он принял нашу информацию к сведению. Мне почему-то кажется, что нам еще понадобится его помощь.

— Вряд ли он согласится влезать в наши проблемы.

— Это не наши личные проблемы, это проблемы безопасности цивилизации. От их решения зависит судьба и самого Селима.