Полетят теперь по воздуху кувырком их рваные жопы, любо-дорого будет смотреть!
— А кто это «вы», товарищ старший лейтенант? — осторожно спросил я.
Старший лейтенант «марсиан» моментально стал донельзя серьезным.
— А ты, лейтенант, действительно хочешь это знать? — жестко спросил он. — Знаешь о том, что во многих знаниях многие печали, и о том, что в целях сохранения военной тайны я могу тебе банально соврать?
— Знаю, товарищ старший лейтенант, — ответил я, — но если вы скажете, что вы секретные войска НКВД, то все равно не поверю.
Уж слишком вы другие."
"— Вот именно что другие, — хмыкнул мой собеседник. — Настолько другие, что тебе, лейтенант, даже и не снилось. Впрочем, как говорит наш комбат, майор Потапов, под ковром можно спрятать только маленькую серенькую мышку, а не большого красного слона. Одним словом, Витя, мы из будущего. Тут вот недавно образовалась такая дыра, через которую можно шляться туда-сюда как по проспекту.
Сперва через эту дыру к нам сунулись немцы во главе со своим знаменитым генералом Моделем. Но мы их в темпе вальса напинали так, что от того Моделя осталась только рваная шинель, а потом пришли сюда — посмотреть, не нужна ли кому наша помощь. Так что не обессудь — то, что можно было тебе рассказать в общих чертах, я уже рассказал, а сейчас что же мы это как нерусские — разговоры разговариваем, а гости, наверное, голодные… Парни, обед в студию, товарищам красноармейцам! Вы уж не обессудьте, тылы у нас еще не подошли, так что питаемся мы пока сухими пайками.
Я был настолько ошарашен всем услышанным и был так голоден, что ел, не чувствуя вкуса еды, хотя стоило бы. Сухие пайки у потомков вкусные, и их не сравнить с нашими сухарями и тушенкой в измазанной солидолом жестяной банке. Прямо не сухпай, а какой-то походный ресторанный обед.
Самое главное, что в моей голове все встало на свои места. «Марсиане» оказались «потомками» — и это принципиально меняло все. Не чужие, чай, люди, договоримся. Правда, оружия нам пока не вернули, но думаю, что этот разговор у нас впереди. И самое главное — требуется выяснить, что теперь будет с моими товарищами и с нашим раненым командиром майором Маркиным.
