Но говорить ему это сейчас не надо, потому что разговоры на политические темы меня отчаянно возбудили и я сейчас хочу в койку, в койку, в койку!
И тут в момент самого апофигея, когда я уже не знала куда мне деваться, как вдруг возле этой скамейки «под фонарем» появляется лахудра Варвара и шипит на нас с Николаем разъяренной ревнивой гусыней:
— Милуетесь, значит, голубки, глаза ваши бесстыжие. Стыда у вас обоих нет, и у тебя, Маринка, в первую очередь. Замуж, значит, она собралась, за немца, за вражину поганую.
Я все про них знаю, все они фашисты и мерзавцы. Там, у вас в будущем мужики закончились, так ты сюда прискакала, пару поискать. И нашла себе такое, что глаза бы мои этого не видели. Тьфу, гадость, фашист поганый!
Такой наглый поклеп в первую минутку ввел меня в состояние ступора. Я, честно говоря, даже и не знала, что этой Варваре и отвечать. Сама она на Николая никаких видов не имеет, и даже, напротив, испытывает к нему стойкое отвращение. Это даже не ревность-зависть с личным интересом, которые все же можно понять, это нечто худшее советско-общественное, когда каждый политически активный гражданин или гражданка считали своим долгом выносить все грехи своих соседей и сослуживцев (или то, что считали таковыми) на суд общественности и компетентных органов.
Нашей общественности такие вещи по барабану, она и не такое видала, а компетентные органы (наши) Николая уже проверили и сочли чистым, а для местных — по тому Договору, который был подписан недавно — мы оба недоступны, я как гражданка России, а он как кандидат.
В худшем случае вышлют обратно в две тысячи восемнадцатый год, а в лучшем — просто наплюют на эту историю. Самое главное, не совершать никаких уголовных преступлений.
Но я все же не удержалась — нет не от уголовщины, а от того, чтобы не ответить этой мымре на ее наезд.
— Следи за своим поганым языком, сучка нечесаная, — прошипела я в ответ, — то, что Николай наполовину немец, еще не делает его фашистом. Наша контрразведка его проверила, и он оказался чист.
К тому же он сам, добровольно, перешел на нашу сторону и доставил важные сведения. И вообще не твое собачье дело, с кем я тут гуляю и за кого собралась выходить замуж. Как будто я не знаю, как ты к нашим офицерам подкатываешь, дворянка сраная. Замуж за офицера хочешь… А бедные лейтенантики и рады хвосты перед тобой распушить. Брысь под лавку и не отсвечивай, когда разговариваешь с гражданкой Российской Федерации.
