Вблизи Макаров выглядел красивей, но это не отменяло факта строгости во всем его облике, даже в чертах лица чувствовалась жесткость.
– Капитал, рабочая сила… эм… технологии, информация, – мямлила я, говоря наугад. Из головы напрочь вылетел материал предыдущей лекции.
– Высокая степень интенсивности международного движения факторов производства, – кивнул он. – Верно. Еще есть идеи? – напирал Игорь Леонидович, не сводя с меня глаз. Больших, миндалевидной формы, с пышными ресницами.
– Ну… Глобализация международной торговли… эм… движение капитала, трудовой миграции, валютно-финансовой сферы.
– Как насчет интернационализации производства и капитала?
Мне вдруг показалось, что в аудитории никого, кроме нас. Столько внимания ко мне одной, и этот его взгляд. По спине прошелся холодок, и вообще я вспотела. Даже ладошки стали влажными.
– Это тоже.
– Как вас зовут? – неожиданно спросил Макаров. Уголок его губ потянулся вверх, выражая довольный вид.
– Катя Савельева, – неуверенно отозвалась я, прикусывая губу.
– Катерина, запомню. – Он выдохнул, затем все-таки отошел от нашей парты. – Переходим к следующему вопросу.
Мысленно перекрестившись, я уткнулась в тетрадь. К счастью, Игорь Леонидович больше не задавал мне вопросов. Он еще немного поиздевался над народом, а потом перешел к лекции. Голос его, жесткий и холодный нагнетал. Казалось, все сидят на иголках в ожидании окончания пары.
Периодически Макаров проходил вдоль рядов, внимательно всматриваясь в лица студентов.
Запомнить , что ли пытался? Если сейчас столько строгости, как будет на экзаменах? Мы будем ходить к нему до старости? Или очередное «я сам не знаю на четыре, а вы и подавно»?
Когда пара закончилась, студенты даже не подскочили. Хотя обычно некоторые, особо веселые, убегали сразу. Но не сейчас. Сейчас сидели, словно мышки, не поднимая головы. И только когда Макаров объявил «свободны», ребята начли медленно собираться.
Я тоже поднялась. Положила в сумку тетрадь, ручку и планировала вместе с Иркой уйти, как Игорь Леонидович неожиданно обратился ко мне.
– Катерина, задержитесь.
– А? – ноги мои подкосились от страха, поэтому я молча, подобно тряпичной кукле, опустилась на стул. Дронова кинула на меня растерянный взгляд. Что уж там, я и сама растерялась. Махнула головой Ире, выбора нет.
Минут через пять, после того, как дверь закрылась в кабинет, Макаров вновь подал голос.
– Катерина, мне понравились ваши ответы на лекции.
