Вредная волшебная палочка

Я хотела подойти к служащей, сурово отчитать ее за такое поведение, кассирша обязана уважительно относиться к любому клиенту. Но меня опередила Катя Зайкина, новенькая продавщица. Она кинулась к старику и сказала:

– Дедулечка, идите к прилавку, я сама принесу ваш чек, наберу подарков за покупку.

Старичок двинулся в указанном направлении, Зайкина посмотрела на грубиянку.

– Ни на грамм, – ответила та. – Чего он грязный приперся? Где его дети? Почему разрешили отцу в таком виде ходить?

– Не у всех есть сын или дочь, – сказала Катя.

– Если жил для себя, детей не вырастил, то так ему и надо, – высказалась собеседница, – вот я двоих родила!

– И добрее от этого не стала, – отрезала Зайкина. – Дети могут родителей в старости на три буквы послать, или они умерли, или их не получилось из-за болезни. Стыдно тебе станет через много лет, когда старухой приковыляешь за куском мыла, а фря за прилавком морду скривит: «Уберите вонючку».

Кассиршу я уволила, Зайкину назначила старшей в секции. Однако и сейчас требовалось что-то сделать.

Когда я оказалась у вешалки, Николай надевал ботинки, я тронула его за плечо. Старик выпрямился.

– Пойдемте со мной, – предложила я.

Дедушка вынул блокнот.

– Отведу вас в туалет, – пояснила я, – в санузел при моей комнате. Никто возражать не станет. Вон там висит зонтик, он тоже мой, возьмите его, когда пойдете назад в сторожку.

Пожилой мужчина тут же скинул поношенные ботинки. Я повела его по коридору и не удержалась от вопроса:

«Все умерли», – написал старик.

Я привела Николая в комнату.

– Вон там дверь в ванную. Если захотите помыться, то в душевой кабинке на полочке найдете мыло и шампунь. Новая губка и чистые полотенца в шкафу, поройтесь там на полке.

Старик опять воспользовался блокнотом.

– «Храни вас Господь. Пошли он вам жениха хорошего».

– Спасибо, я уже вышла замуж.

Мужчина улыбнулся, а мне вдруг стало не по себе. Глаза бездомного сейчас смотрели на меня совсем не ласково.

Когда я вернулась в столовую, там пылал спор. Сыновья и невестки Монтини сцепились в словесной баталии, каждый имел свое мнение о том, как расписывать сервиз. И договориться им никак не удавалось.

– Розы – жесть, – отрезала Зинаида.

– А мне нравятся, – заметила Аня.

– Ты известная подлиза, – заявила старшая невестка.

– Если кто-то не согласен с тобой, значит, он подхалим? – спросила Аня.