У целительницы в одной из комнат вроде была лаборатория, там стояли баллоны с газом, они взорвались, дом разметало на мелкие кусочки. Наверное, знахарка и малышка погибли вместе с домом, а пожар уничтожил все следы.
Серафима Николаевна замолчала.
– Вы поверили в виновность Каретина? – осведомилась я.
Серафима покачала головой.
– Сначала да, но потом узнала правду. Спустя год после поджога Носова совершила попытку самоубийства. Воспитанники отправились на экскурсию, Полина прикинулась больной, выпила пачку снотворного, легла в кровать.
Все могло закончиться плохо, но вскоре после отъезда автобуса я зашла проведать Полю. Решила, девушка расстроена, что вынуждена остаться в интернате, принесла ей в утешение шоколадку, увидела на полу пустой блистер, на тумбочке тетрадь, на обложке надпись: «Мои последние слова, прочитать всем».
Серафима сдернула со спинки кресла шаль и накинула на плечи.
– О происшествии никто не знал, кроме врачей, но они умеют хранить тайны. Слава богу, что я не поехала с детьми, осталась дома.
И еще раз слава богу, что не отправилась смотреть на больную после обеда. Поэтому никто, кроме меня, тетрадку не видел. Девушка описала на страницах, как она, Нина, Зина, Эдик и Витя пошли в цыганскую деревню, чтобы отомстить Раде за все. Панькина знала, что ее сосед Каретин держит в сарае канистры с бензином. Молодые люди взяли тайком его топливо, облили дом целительницы, а чтобы ни она, ни ее дочь не смогли убежать с участка, окропили горючим веществом забор по периметру.
Часть топлива попала на участок соседних цыган, у тех там был навес, где хранился какой-то хлам. Виктор бросил в сторону избы горящую тряпку, мигом вспыхнуло пламя. Дружная компания поджигателей, бросив пустые канистры, сбежала, не стала наблюдать за тем, что произошло дальше. Все участники поджога пребывали в уверенности, что погибнут исключительно Ляля и Рада. То, что пламя перекинется на соседний участок и через считаные секунды взорвется вулкан, им в голову не пришло. Как потом выяснила милиция, под тряпьем был спрятан здоровенный бак с бензином, который явно украли.
Комариха превратилась в пылающий ад. Когда пламя уничтожило поселок, Витя, Эдик, Зина, Нина не испытывали угрызений совести. А вот Полина переживала из-за смерти людей, о чем один раз сказала друзьям.
– Забудь, – отмахнулась Нина.
– Они же цыгане, – высказалась Зина, – воры!
– Нам «спасибо» сказать должны, – объявил Витя, – от этих подонков многие пострадали. Так им и надо.
