Эдик промолчал, но и сторону Носовой не принял. Полина пыталась успокоить бунтующую совесть, но та не утихала. Совсем плохо девушке стало, когда задержали Каретина, она порывалась пойти в милицию с честным рассказом, но приятели ее не пустили. Когда Иван умер, Носова окончательно лишилась покоя, решение о самоубийстве она приняла, узнав о находке тела Георгия Каретина и куклы, которая принадлежала Кристине, помучилась еще полгода и решила выпить лекарство.
Серафима сделала глубокий вдох:
– Вот такая история.
– Да уж, – пробормотала я.
– А где сейчас Полина?
– У меня нет никаких сведений о ней, – уточнила Круглова, – знаю, что девушку после того, как поставили на ноги, отправили в психиатрическую лечебницу. У нее беда с головой. Принятые лекарства не убили Носову, но сильно повредили ее мозг. Дальнейшая судьба Полины мне неизвестна.
– Если я правильно вас поняла, – протянула я, – Носова не поступила в вуз. Но школу она окончила. Почему девушка очутилась в вашем интернате?
– Мать Полины живет за границей, больше никакой родни у Поли нет, – начала объяснять Круглова.
– Ольга Ильинична, когда привезла дочь в интернат, откровенно рассказала мне о ее проблемах. Носова очень рано начала половую жизнь, и она ей чрезвычайно понравилась. Это ее пристрастие стало причиной выбора местом ее обучения моего интерната. В Москве за таким подростком трудно усмотреть. Столичные школы, как правило, большие, детей много. Найти тихий уголок в здании и устроить себе секс-минутку с мальчиком вполне возможно.
Не говоря уже о том, что по дороге из школы домой легко с кем-то познакомиться. А Носова постоянно искала мужчину, который доставит ей физическое удовольствие. Ольга Ильинична, зная о проблеме, наняла для девочки няню. Та отвозила Полю на занятия и забирала ее. Но девица пару раз ухитрилась сбежать от соглядатая. А у меня идеальные условия. Всего пятьдесят учащихся. Мальчики живут в одном корпусе, девочки в другом. Но, самое главное, Ольга Ильинична посоветовалась с врачами и купила в США лекарство.
Я его размешивала в кефире, который все дети в обязательном порядке пили на ночь. Через месяц Поля перестала ощупывать голодными глазами парней, а к началу зимы превратилась в нормальную девочку, а не в сексуально озабоченную кошку. Таблетки она, пока училась здесь, принимала постоянно. Ольга Ильинична попросила меня об услуге: подержать в интернате Полину еще год после выпуска до возвращения матери, которую отправили в длительную загранкомандировку.
