Вредная волшебная палочка

Наташа опешила, потом достала альбом с фотографиями, начала его перелистывать, минут пятнадцать молчала и, наконец, произнесла:

– Слушай! Очень странно. Оказывается, Вова и Леся поздравляли всех нас через сутки после даты. Вернее, они день в день звонили, а с подарками прикатывали позднее, почему-то у Володи постоянно в наши праздники работы было невпроворот. И еще я хотела тебе показать какой-нибудь совместный снимок вместе с Аней, да вот оказия! Девочки ни на одном фото нет. После смерти Овечкиных не один год прошел, поэтому в моей голове сохранились лишь обрывки воспоминаний.

Но они сейчас кажутся мне странными. Вот я прошу всех гостей сесть на диван, вознамерилась сделать общий кадр, а Вова отдает Ане распоряжение: «Беги, поиграй во дворе». А потом объясняет мне, удивленной: «Мы Анечку удочерили, не знаем, какая у нее была мать, но у ребенка при виде объектива начинается истерика».

– Погодите, – спросила я. – Наталья не знала, что Аня – это Рада?

– Конечно, нет, – всплеснула руками Круглова, – и я долго была не в курсе.

Мы обе думали, что Овечкины очень хотели ребенка, прошли через все круги ада лечения, а потом решили приголубить сироту, обратились в соответствующую службу, им подобрали девочку. Ната мне рассказала, что родители Аню часто привозили к ней в дом. Но Монтини никогда не спрашивала, где они дочку раздобыли. Ясное дело, что в детдоме.

– Как же вы заподозрили, кто такая Аня? – изумилась я.

Круглова сложила руки на груди.

– После того как стало ясно, что девочки нет ни на одном фото, меня охватило беспокойство.

Почему? Ответить не смогу. Необъяснимая тревога. Я упрекнула Наташу: «Разве можно принимать в семью человека, ничего про него не разузнав». Монтини стала оправдываться:

– Я прекрасно знаю Аню, она же дочь Овечкиных.

– Не кровная. Генетика непонятно чья.

Ната стала хвалить вторую жену Эдика:

– Невестка замечательная, хорошо воспитана, приветлива.

А я на свою педаль жму:

– Где Овечкины ребенка взяли?

Наташа рассердилась:

– Не знаю. Где взяли, там такой больше нет.

Эдик с ней прекрасно живет, не то что с Ниной. Первая жена не собиралась о моем сыне заботиться, ждала, что он ее на руках носить станет, вечно на свои болезни жаловалась. Сейчас все наоборот, Эдик только подумает о чем-то, а Анечка уже бежит исполнять.

Но меня грызло беспокойство.

– Ната! Попроси Семена Кузьмича навести все справки о невестке!

Это клиент Монтини, высокий чин в такой организации, о которой лучше всуе не упоминать.