Время героев: рассказы, эссе

– Прозвище такое. Сучки видишь? Вечнозеленые. Не вянут. Это ж первый робот-падонок, сделанный без единого гвоздя. Единственный в своем роде. И по экологии опять же полезно. Понимать надо такие вещи. Эх ты, дерево! – ответил Спиди.

– По такому случаю надо бы камином обзавестись, – юморнул Белкин.

А Серган шепнул мне на ухо:

– Надо у Спиди отобрать все деньги и заблокировать кредитку. А то он нам тут Кижи построит.

– Это точно, – сказал я и представил, как весь наш офис скоро заполнится цветущими деревьями и маленькими черными человечками – и посмотрел на Алекса.

Алекс жестом объяснил мне, что он ничего про это не знал. Все мы были очень удивлены таким поведением Спиди. Он ходил злой, рассказывал нам о современных технологиях и о понимании процесса научно-технической революции. По такому случаю вся редколлегия, за исключением создателя мини-франкенштейнов, отправилась пропивать остатки бюджета в «Эльдорадо». На следующий день мы манданули с детской площадки деревянную Бабу Ягу, просверлили у нее ниже пояса дырку и с гоготом поставили утром Спиди на стол, сопроводив запиской:

Спиди не разговаривал с нами целую неделю, отгородился перегородками и ночами учил своих роботов.

Все мы над ними потешались.

А неделю спустя я нашел у себя в почте два письма. Первое от Зеппа, который сообщал дату приезда в Москву, а второе от Просо, который вспоминал о нашей с ним встрече и оказанной им услуге по покупке робота (на трех листах), а в конце сообщил следующую информацию:

«Я отправил к тебе своего племянника.

Его зовут Дрон. Он хороший еврейский паренек. Ты его устрой у вас там в редаке. Надеюсь, я не очень тебя затруднил. Просо».

Такой поворот событий, да еще и в момент, когда предвыборная ситуация вступала в свою заключительную фазу, меня, признаться, несколько напрягал. Я собрал срочное совещание редколлегии с целью местоопределения Дрона и сел писать в Корпорацию о выделении нам еще одной штатной человекоединицы.

Дрон по ошибке приехал не в Москву, а в Питер, чем очень облегчил нашу жизнь, потому что Корпорация долго тянула с выделением новой штатной единицы.

Из Питера он писал нам отчеты про клубную жизнь и креативы про злоупотребление кокаином. Мы были рады, что хоть кто-то из нас занимается делом, которое ему нравится. Я периодически отписывал Просо о том, что «у Дрона в Москве все хорошо. Он учится и очень нам помогает». Конечно, прикрывать Дрона таким образом было неправильно с моей стороны. Зато мы теперь имели своего человека в Питере.