Время стрелять

 — А то накажу, ой как я вас всех накажу! Самим потом стыдно будет! Я вам обещаю! Меня все слышали? Отвечай! Я бью два раза! Первый — по вилку! Второй — по крышке гроба! А ты что, мерзлячка, меня в упор не замечаешь?! — Мультипанов адресовал свою реплику объективно равнодушной ко всему на свете блондинке и быстро, словно рискуя куда-то опоздать, ринулся к женскому трупу, выкрикивая: — Ты — моя невеста! Тили-тили тесто, жених и невеста! Брачная ночь! Я люблю тебя, слышь, люблю…

— Вот все они, придурки, на один манер — перед кем ты сейчас, спрашивается, представляешься?! Что тебе, головастик, цирк здесь или КВН? За кого ты сам себя принимаешь? Ну подожди-подожди, скоро я тебе кое-что такое предъявлю, отчего ты у меня, в натуре, заплесневеешь! Тоже мне, в рот компот, Чикатилка объявился! — лицо Корнея обрело скептическое выражение, но он тем не менее продолжал пристально наблюдать за своим напарником.

 — Ну что, форель морская, и ты туда же, никак влындить собрался? Вот бесстыдник, прости господи!

— А кто был этот белокурый паренек? — Следов аккуратно держал двумя руками блюдце с чашкой, в которую Морошкина наливала кипяток из серебристого электрочайника.

 — Спасибо, Софья Тарасовна!

— Ты про него спрашиваешь, потому что вы с ним первым поговорили или потому что он такой симпатичный? — Борона энергично помешивал ложкой в своей чашке и упоенно расширил ноздри навстречу запаху кофе. — А не зря мы сегодня приехали, да? Кофием угощают! Кексики предлагают! Сладкая жизнь!

— Ну что вот вы, Федор Данилович, вечно все извратите! — Борис виновато улыбнулся.

 — Я просто так думаю, что такой симпатичный молодой человек мог здесь оказаться и по досадной ошибке следствия или даже по чьему-то злостному наговору. Да вы сами знаете, как это бывает: сколько раз ваши враги на вас напраслину возводили! И меня тоже не один раз грязью поливали!

— Валентин Александрович Холкин — в своем деле новичок! — Деменцев осторожно потрогал пальцами свою чашку и взял ее за ручку. — Он вам, конечно, рассказывал о происшедшей с ним досадной ошибке, занесшей его в нашу больницу из весьма неблизкого региона?

— Ну да, рассказывал! Но он же, я думаю, не врет? — с болезненным выражением лица уронил голову на правое плечо Следов.

 — Я сразу заметил, что у него очень честные и очень несчастные глаза! И знаете, такая хорошая фигура! Ну не может парень с такой фигурой оказаться злодеем!

— А вы знаете его историю? — Герман отпил кофе и коротко облизнул губы нежно-розовым языком.