Время стрелять

В чем тут секрет? Какие тут действуют законы природы? Или, может быть, Еремей, в силу своего скромного образования, просто не в состоянии полностью отследить жизнь того, другого, поистине преступного человека?

Возможно, Господь карает даже и не самого виновного человека, а его близких, детей, внуков? Откуда же, в самом деле, на земле столько рождается всяческих калек и уродов? Говорят же: пути Господни неисповедимы! Значит, он, наверное, просто чего-то по этой теме не догоняет!

«Моя любовь живет здесь? Что это — маскировка, розыгрыш? — недоумевал Уздечкин, никак не решаясь зайти внутрь железобетонной конструкции.

 — Спокойно, пусть все будет так, ну и что же с того? Разве из-за такой ерунды, как бытовуха, я стану ее меньше любить? Она — моя и создана для меня! Я как раз такую для себя и искал, хотел, мечтал о ней! Да, я трахал других, иногда без особого разбору, так, по похоти, а Офелия — это серьезно, это — по-настоящему, из моей реальной, неподдельной жизни! Я на ней женюсь, у нас будет ребенок. Мы еще очень долго будем вместе».

Еремей все-таки проник в загаженную бомжами, нищенскую парадную. Здесь наличествовал все тот же удручающий глаз набор, что и в других подобных строениях: изрисованные и исписанные стены, разломанные и сожженные почтовые ящики, не раз вскрытые входные двери и разбитые звонки.

Еремей поднялся на третий этаж и, не найдя (на что уже, впрочем, и не надеялся) звонка, постучался в серую закопченную дверь. Прошло минуты две, но изнутри так никто и не отозвался. Уздечкин напряг свой слух и попытался уловить хоть какие-нибудь звуки, которыми могла быть насыщена квартира.

Стекла в оконных рамах на лестнице отсутствовали, и в дом вторгались хаотичные уличные шумы. Еремею показалось, что за дверьми различается пронзительный детский голосок, который выкрикивает: «Мама, отклой, там наш папа! Папа плисёл! Папа, мой папа плисёл!»

«Оставь маму в покое, Кристина, ей сейчас не до тебя! — перекрывал речь ребенка властный женский голос. — Это не папа, внученька, это, может быть, кто-то чужой.

Всегда надо спрашивать: кто там? И дверь никогда нельзя сразу же открывать, прежде чем тебе толково не ответят, а если голос незнакомый, даже детский, то вообще никому не надо открывать, а сразу позвать старших: меня или маму. Запомнила?» — «Запомнила! — ответила девочка. — Там мой папа плисёл!» — «Опять пятью пять! Вот мы сейчас спросим: кто там — папа или серый волк? Кто там?»

— Это Еремей. Я к Офелии. Скажите, она здесь живет? — отозвался гость.