Время жить. Пенталогия (СИ)

Во время условного дня в рубке всегда толпилось руководство, а Боорк, как и всякий разумный человек, всегда предпочитал держаться подальше от начальства.

Так что, это дежурство было еще не самым худшим. По корабельному времени была ночь, и в рубке не было никого, кроме Боорка и его помощника — унтер-офицера, откликавшегося на детское имя Гри. На обзорных экранах были видны мрачные безжизненные холмы, восходящее солнце и ровные ряды военной техники, которую готовили для завтрашней показательной атаки.

Смена Боорка подходила к концу, как вдруг на пульте наружного контроля зажглись тревожные огоньки.

— Легкий летательный аппарат, — доложил проснувшийся Гри. — Вошел во внешнюю зону безопасности.

Боорк перевел датчик на максимальное увеличение. Действительно, легкий летательный. Даже слишком уж легкий. За стеклами кабины видна голова одинокого пилота.

Один из длинных пальцев Гри пополз к кнопке запуска противовоздушных ракет.

— Стойте, — остановил его Билон. — Не будем сбивать его.

— Мы в состоянии боевых действий, — напомнил Гри. — И мы обязаны уничтожить любой чужой летательный аппарат, проникший в зону безопасности.

— Боевые действия еще не начались, — возразил Боорк, в очередной раз чувствуя свою неполноценность. Будь он кадровым офицером, а не добровольцем, рекрутированным из гражданского космофлота, унтер и не подумал бы возражать ему.

— Через минуту он войдет во внутреннюю зону безопасности, — снова подал голос Гри.

— Пусть объявляет, — коротко бросил Боорк, хотя почувствовал, как холодная струйка пота скользнула по его спине.

Он и сам не знал, почему ему так не хочется сбивать самолет. Наверное, он выглядел слишком маленьким, беззащитным, совершенно не способным причинить кораблю какой-либо вред. Встречать его ракетой было как-то неправильно, словно стрелять на поражение из игломета в сорванца, полезшего через забор за фруктами.

А еще Боорк вдруг понял, что просто не может сделать этот выстрел. Он знал, что война неминуема, но не хотел проливать кровь. Ни при каких обстоятельствах.

Мало кто любит, когда его будят за час до подъема, и суперофицер первого ранга Пээл не был исключением.

— Вы что себе позволяете, младший офицер первого ранга?! — начал он безо всяких предисловий.