Все дьяволы здесь

И комиссару Фонтен это не нравилось.

Ей не нравилась непринужденность Гамаша и его естественная властность. Не нравился его акцент. И уж точно не нравилось ей, что он не замечает того факта, что он ей не ровня – ни социально, ни культурно, ни интеллектуально, ни профессионально. Не может такого быть. Не может канадец быть ей ровней. Тем более квебекец.

Ей не нравились его отношения, его близкая дружба с префектом.

Ей не нравилось, что, когда в течение последних двадцати четырех часов случалось что-то нехорошее, Арман Гамаш всегда оказывался поблизости.

И конечно, ей не нравилось то, что он был ей симпатичен. Что ее инстинкт подсказывал ей доверять этому человеку. Префект предупреждал ее об этом.

– Мы понятия не имеем, почему он хотел присутствовать на заседании совета, – признала Фонтен. – Но вы все знаете месье Горовица. Что, по-вашему, более вероятно? Хотел ли он просто прийти и поздравить их с успехом или же раскрыть какие-то правонарушения? Что больше в его характере?

Судя по их лицам, они знали ответ на этот вопрос.

– Мы так и подумали. Но теперь он не может туда пойти. Один из вопросов, который мы задаем, расследуя убийство: кому выгодно? Ведь так?

Фонтен посмотрела на Гамаша, и тот кивнул.

– Кому выгодна смерть месье Горовица? – продолжила она. – Мне кажется очевидным, что она выгодна компании ГХС Инжиниринг.

– Но что у него могло быть на них? – спросила Анни.

– Мы этого не знаем, и в данный момент детали не имеют значения. Имеет значение мотив. И похоже, у ГХС был серьезный мотив.

– Это всего лишь догадки, – сказал Бовуар. – Слушайте, может, вы и правы и за этим стоит ГХС. Но есть немало людей, желающих Стивену смерти. Он нажил себе кучу врагов.

– Это верно, – согласилась Фонтен. – Но есть лишь одна компания, которую он собирался посетить, перед тем как произошло покушение на его жизнь. Вы, конечно, знаете, что в квартире месье Горовица сегодня утром найден труп. Человека звали Александр Френсис Плесснер.

Она обращалась непосредственно и прямо к Анни и Даниелю.

– Это имя вам что-нибудь говорит?

Брат и сестра переглянулись, потом уставились на следователя, качая головой.

– Нет, – ответила Анни. – А что, должно говорить?

Арман нахмурил брови, наблюдая за тем, как следователь изучает его детей.

Фонтен сосредоточилась на Анни:

На лице Анни появилось удивленное выражение.

– Александр Плесснер? Никогда не слышала этого имени.

Фонтен продолжала поедать ее глазами.