Все дьяволы здесь

Гамаш вдруг обнаружил, что стоит в полном одиночестве на мосту Сердец. Он остановился, чтобы заглянуть через край. Чтобы охладить и успокоить мысли. Вытянув руку, он нащупал старый камень, холодный камень парапета и посмотрел вниз на темную воду.

Клод Дюссо предложил ему загадать желание. И вероятно, ему тоже стоило бросить монетку в фонтан Морей. Конечно, это было высшим проявлением иронии – назвать место, где Террор забрал столько жизней, площадью Согласия.

Сколько пожеланий, сколько лихорадочных молитв остались безответными.

Гамаш повернул в сторону площади Согласия. Разум его наконец успокоился. Остановился на одной мысли.

Почему Дюссо пригласил его именно туда? К этому фонтану? К знаменитой колонне, занявшей место гильотины?

Арман стал мысленно перебирать все, что сказал ему Дюссо. И что сделал Дюссо.

У него распахнулись глаза.

– Боже мой, – прошептал Гамаш.

Он махнул проезжающему мимо такси.

Ален Пино уже покинул бар «Жозефина». В других барах и ресторанах гранд-отеля его тоже не было. На стойке регистрации Гамашу назвали номер, который снимает Пино.

Он подошел к портье:

– Скажите, месье Пино не бронировал в ресторане столик на сегодняшний вечер?

Арман знал, что это может быть и не так. Конфиденциальность была важной частью работы портье.

– Я буду вам весьма признателен за помощь, если вы найдете мне ресторан на сегодняшний вечер, – сказал он, пододвигая в сторону портье купюру в сто евро.

– Большинство наших гостей принадлежат к частным клубам.

– Я всегда хотел поступить в один из них. У вас есть предложения?

Он отошел от стойки с коротким списком в руке. В одно из названий портье ткнул пальцем.

«Cercle de l’Union Interalliée». То, что генерал де Голль называл французским посольством в Париже.

– Чем могу вам помочь, месье? – спросила у него тихим голосом хорошо одетая женщина, когда он вошел в частный клуб.

Гамаш слышал об этом месте, но прежде никогда сюда не заходил.

Клуб в Восьмом округе представлял собой место встреч дипломатов, политических деятелей, промышленников. Элиты Парижа.

Иными словами, советов директоров большинства крупных корпораций Европы.

Арман быстро, инстинктивно оглядел помещение.

Высокие потолки. Роскошный декор не изменился с прошлого века. И все же в его величии ничто не померкло.