Все дьяволы здесь

Все здесь говорило о мощи и славе.

В этих стенах на протяжении столетия принимались решения, которые изменяли мир к лучшему или худшему.

Женщина у дверей наметанным глазом оценила этого человека. Ухоженный. Хорошее пальто, классический покрой. Без галстука, но в крахмальной белой рубашке, и под пальто пиджак от портного.

Элегантный мужчина. Явно имеющий немалый вес в обществе. Но такими были все, кто заходил в эту дверь. Иначе они не прошли бы дальше порога.

– Oui, merci. Я ищу одного из ваших клиентов.

– Может быть, вы член эквивалентного клуба? Например, монреальского «Мон-Руаяль»?

Как тонко дала она ему понять, что узнала в нем квебекца.

– Non. Я всего лишь клиент. Так месье Пино здесь?

– Я не могу вам сказать.

– Понимаю. Если бы он был здесь, не могли бы вы передать ему это?

Гамаш протянул ей визитку, и ее лицо озарилось улыбкой.

Выбрав бордово-синий галстук от Пьера Кардена, она дождалась, когда он завяжет узел, и жестом показала, чтобы он следовал за ней по широкой лестнице.

Наверху она сказала ему, понизив голос:

– Подождите здесь, пожалуйста.

Они находились у входа в просторную комнату, в которой отдельными островками стояли группки диванов и кресел.

Женщина подошла к компании мужчин и женщин, в которых Гамаш узнал членов совета директоров ГХС.

Пино поднял глаза на женщину-портье, когда та наклонилась и подала ему карточку. Затем он обвел взглядом комнату.

Остановился на Гамаше.

Поднявшись, Ален Пино сказал несколько слов собеседникам и последовал за женщиной к Гамашу.

Он был тучный и краснолицый от избыточного потребления вина и изобильных трапез в течение многих лет. И все же в нем ощущалась какая-то сила. Он, безусловно, был личностью.

Пино посмотрел на Гамаша и спросил у портье:

– Есть свободная комната?

– Конечно. Прошу за мной, джентльмены.

Они привела их в уютную комнату, стены которой были уставлены книжными шкафами. Там стояли два больших кожаных кресла с отпечатками тел, как будто в них все еще сидели призраки давно умерших членов клуба, не желающих расставаться с этим святилищем.

В камине лежали поленья, и портье, прежде чем уйти, зажгла их.

На приставном столике стоял графин с коньяком и пузатые стаканы.

– Принести вам что-нибудь? – спросила женщина.

– Non, Marie, merci. Полагаю, у нас будет разговор с глазу на глаз.

– Конечно, месье Пино.

Пино закрыл дверь и обратился к Гамашу:

– Я видел вас сегодня в «Лютеции».